Книга Годовщина развода. Растопить лёд, страница 37 – Элен Блио, Полина Измайлова

— Надежда, — Артём представляет полноватую женщину с мягкими, приятными чертами лица и темными волосами, аккуратно собранными в строгую прическу. Она улыбается мне и детям.

— Доброе утро.

— Доброе утро, — говорю, смотрю на нее с настороженностью.

Няни у меня еще не было, и мне сложно представить, как это — оставить ребенка с чужим человеком. Но она, видимо, специалист с опытом, так как сразу располагает к себе, просит сперва дать ей возможность переодеться и помыть руки и только потом — знакомится с маленьким воспитанником.

Игорёк смотрит на нее во все глаза, когда она возвращается.

Мы все наблюдаем за тем, как они налаживают контакт.

И мне нравится то, что я вижу. Ловлю себя на мысли, что няня вызывает доверие. Но я всё равно не могу пока оставить ее наедине с ребенком. Пока не могу. Не готова морально.

Решаю пойти на компромисс с собой — пусть она занимается Игорьком, пока я в доме. Привыкает.

— Тогда вы побудьте с ним, — наставляю мягко, — а я пойду на кухню. Мне нужно накормить дочь и готовить обед для старшей. Не знаю, что вам… что вам рассказал мой бывший муж…

— Я не лезу в семейные дела, — вежливо отвечает она, на лице улыбка. — Мое дело — заниматься ребенком. И да, я могу посидеть и с девочкой, если вы не будете брать ее в больницу. Меня наняли как няню для двоих детей.

— Спасибо. Посмотрим, — всё же отвечаю.

— Ну как тебе няня? — Артём сразу же после возвращения нашей троицы на кухню задает вопрос, пока я готовлю завтрак для себя, игнорируя тот, который он приготовил.

Пусть аромат омлета манит, но я предпочту ни в чем от него не зависеть.

Накладываю себе в миску творог с ягодами.

Артём смотрит с легким неодобрением, но, к счастью, не комментирует.

Зато комментирует Лера.

— Мама, ты же любишь папин омлет. Он такой вкусный! То есть… любила…

Артём смотрит со значением, но я не готова уступать даже в мелочах.

— Пусён, я уже положила себе творог. А ты ешь, а то совсем остынет.

— Хорошо, мама. А я тоже останусь с няней или поеду к Василисе? Няня хорошая, да?

— Да, как она тебе? — интересуется Артём, неотрывно глядя на меня.

И мне кажется, что та атмосфера из спальни ночью никуда не исчезла.

Тот короткий момент что-то поменял. И нет, я не смягчилась, но всё же часть своих претензий я высказала, а слезы унесли с собой еще одну часть.

Сейчас у меня в груди опустошение.

Но я делаю вид, что всё в порядке, особенно в присутствии дочери.

— Няня вроде бы опытная, но надо присмотреться.

— Опыт — это одно. Мне важно, чтобы она понравилась тебе, — давит Артём, настаивая, чтобы я сказала, если меня что-то тревожит.

Дает понять, что если мне не нравится няня, то одного моего слова хватит, чтобы она исчезла и он стал искать другую.

Меня это должно, наверное, радовать. Но не радует.

Я не хочу, чтобы Артём был идеальным.

Он предатель.

— Кажется, она освоилась, — выдаю, прислушиваясь к звукам в холле. — Но как я могу сделать выводы за пять минут?

Оттуда доносится мягкий говор Надежды и громкие звуки, слоги, которые выдаёт сын.

— Мама, папа, я поела! — сообщает Лера с довольным видом, показывая пустую тарелку. — Можно я пойду поиграть?

— Конечно иди, моя хорошая. Только не бегай по лестнице.

— Хорошо, мамочка!

— Какие у тебя планы? — Артём спрашивает, едва дочь выходит из кухни.