Книга Аморальный, страница 37 – Алайна Салах

Завожу двигатель, шваркаюсь с поребрика и рулю хер пойми куда. Музло орёт, дворники летают без остановки. Хочется бухать и курить. Жрать, на удивление, нет, хотя не завтракал.

С час мотаюсь по городу, а спустя полтора не пойми каким макаром нахожу себя пялящимся на вывеску «Монро».

— Здравствуйте, Константин, рады вас снова видеть! — соловьём разливается шкет. — Пообедать у нас хотели?

Лыбу тянет, а у самого взгляд настороженный. Не забыл ещё мой последний визит.

— Пообедать с коньяком, — буркаю я, на автомате осматривая периметр.

— Если нужна ВИП-кабина, то она как раз сейчас свободна.

Вот это, блядь, удивил. Она на моей памяти вообще никогда не бывает занятой.

— Веди, — говорю. — И Эмму позови. Надеюсь, сегодня с алкашкой она больше выделываться не будет.

Лицо шкета становится уныло-сочувственным.

— А Эммы сегодня, к сожалению, нет. Могу предложить нашу новую сотрудницу Гульнару… Она очень приятная и исполнительная девушка.

Блядь, я как будто не в ресторан, а в бордель пришёл, где шкет главный сутенёр.

Но то, что Эммы здесь нет, делает настроение ещё более поганым. Думал, что тупо по старой памяти сюда заехал, а выясняется, что в расчёте с ней попиздеть. Даже не знаю, почему именно с ней. Может, потому что слушать умеет. И мысли её наивные — это отдельная тема. Короче, умеет она поднять настроение.

— Проводить вас? — подвякивает шкет, заметив, что я сдулся.

Я даю себе пару секунд на раздумья. Уехать отсюда? Но куда? В «Остерии» випки нет, а бухать и здесь нормально.

— Веди. И «Макаллан» сразу бутылку принесёт пусть кто-нибудь.

Захожу в випку, сажусь и сразу втыкаю телек. А то если в мыслях закопаюсь, начнётся полный пиздец.

Через пять минут с подносом появляется официантка — видать, та самая Гульнара. Мечет на стол вискарь, стакан со льдом, лимон и минералку.

Я вяло смотрю, как мельтешат её руки, и думаю, что шкет всё же хитрая морда и не случайно подсунул мне этот «эммазаменитель». Девке на вид лет двадцать пять, сочная. Сиськи наружу рвутся, коса толстенная до жопы. Жопа тоже нормальная — это я на автомате отмечаю.

В другой раз, может, я бы её и рассмотрел как программу на вечер, тем более, что она глазами вон как по-блядски стреляет. Но сейчас вообще похуй до неё. Вискарь пусть оставит, закусон принесёт и сдриснет.

— Меню посмотрите или что-то сразу закажете? — блеет с чувством.

— Принеси нарезки и пока хватит.

Эта роняет «хорошо» и съёбывает. Я наливаю вискарь и, не дожидаясь, пока лёд растает, опрокидываю.

План такой: пить, пока не захорошеет. Батя в СИЗО, по сути по делу, и завод ему теперь нахуй не сдался. А я продолжу ебашить, чтобы обеспечить ему пиздатого адвоката и достойное содержание. Короче, всё справедливо.

С такими мыслями наливаю себе ещё. Я обычно на крепкое быстро реагирую, а тут нихера. Только желудок печёт и ладони гудят.

По телеку идёт какое-то шоу про готовку. Никогда не понимал, кто такое в здравом уме смотреть будет, а сейчас вдруг сам залипаю. Всё, что угодно, лишь бы поменьше думать.

За вторым вискарём вслед отправляется третий. Припарывает Гульнара с закусками. Пока ставит, трётся об меня то рукой, то жопой.

Решаю посмотреть на неё снова. Не, всё так же похуй. Надеюсь, это ситуация с батей меня так придавила, и проблема не в стояке. А то к жополазу идти неохота. Эрик неделю назад сходил, и потом полдня кряхтел, что очко болит. Ему мужик-врач сначала пальцем туда ткнул, а следом ещё и баба-узистка палку запихала.