Книга В Сибирь с любовью, страница 6 – Илона Якимова

Ираида Васильевна честно сказала, что благословляет молодых на расстоянии, знакомиться со сватьей приедет летом, а по минус тридцать третьего января пусть уж они сами женятся, без ее участия. Поэтому собственно с родней невесты на свадьбе было немноголюдно, из всей родни присутствовал только невестин сын, и тусил он с дочерью жениха. От жениха были представлены, соответственно, дочь и мать оного. Дочь — ну, дочь как дочь, что там видно в подростке пятнадцати всё отрицающих лет? Красивая девка, что при таком отце неудивительно. А вот, увидав мать жениха, Татьяна развеселилась. Любовь Валентиновна Столетова внешне до крайности напоминала Лину, но только ту Лину, которой та станет лет так через двадцать пять… Неуловимое что-то в манере, повадке, взгляде, постановке головы. Интересно, сама Элина об этом в курсе? И смотрела свекровь на невестушку правильно так — без фанатизма, но с усталой обреченностью, мол, тебя-то насколько хватит, голубка, раз предыдущие две на жеребце не усидели? Не агрессивная, и ладно, а вот про похожесть их с Линой прямо свербело у подруги уточнить. Но спросить не успела, потому что за наблюдениями чуть не пропустила танец новобрачных.

Свадьбу гуляли там, где и жил Столетов, на Академе, ресторан выбрали не шибко пафосный, но и недешевый. Таня прямо зауважала организаторов, ибо баланс между разумно, дорого, качественно был весьма грамотно соблюден. Но и над саундтреком мероприятия поработал кто-то вдумчиво и серьезно, не исключено, что сам молодожен. Потому что никакой попсы не лилось в уши, верней, была та попса выпуском от тридцатых до шестидесятых годов прошлого века примерно. Если и было что помоложе — типа того же Брайана Сетцера — так и оно талантливая стилизация под великую эпоху. И свет в зале приглушили, и софиты направили на них, когда Столетов вывел жену в центр зала — ослепительно красивая пара, он в мундире, она в серебристом атласе, и Луи Армстронг в своем характерном прононсе и в кавере на Эдит Пиаф, «Жизнь в розовом цвете». И тут первый раз Татьяне, до сентиментальных моментов не падкой совершенно, захотелось всплакнуть, и она шумно шмыгнула носом, потому что — ну нельзя же с таким чутьем жить, так точно попасть в момент… Да, он обещал ей тем самым жизнь в розовом свете, черт летучий, возможно, что и впрямь постарается, так хотелось верить в это, пока Столетов бережно, очень бережно вел Лину по залу, и вспоминать не хотелось, что он разве что месяц без малого более-менее уверенно стоит на ногах. И когда в финале прильнула Лина к мужу, прислонясь лбом к его плечу, что-то очень знакомое показалось в позе и в паре. Они же косплеят самих себя, дошло тут до Татьяны, их первую встречу в Красногвардейске почти год назад, даже платье на невесте то самое, только без портупеи, и потому нет в ней сейчас никакого вызова, нет провокации, на которую сибирский котик повелся тогда, а есть нежность одна, но рыло у котика даже сейчас подозрительно счастливое. Как будто обрел то, что искал, и отступать не намерен.

А после танца молодоженов на танцпол рванули и прочие желающие движа. Татьяну переприглашали, кажется, все мужчины в зале, включая Звягинцева. Кроме, собственно, свидетеля жениха.

Серебристый атлас сидел на Лине, прямо скажем, немного тесновато, раздобрела слегка на сибирских харчах. Собственно, на одно это Таня бы внимания не обратила, когда бы не всякое отсутствие спиртного в бокале Лины в день свадьбы. Столетов за их столом что-то пил, пил Акимов, оба весьма умеренно, скорей, символически, но у Лины — сплошь минералка, и даже для Лины это было как-то очень странно.