Книга Любовь в Лопухах, страница 58 – Ника Оболенская

— Не слышал, что ты там пропищала? — Рука Морозова ползет под густой мех и сжимает мою грудь. — Повтори-ка еще разок для придурка.

И я повторила…

Домой возвращаемся не скоро.

Мои губы горят от поцелуев, щетина Морозова натерла нежную кожу груди, а между ног… болото там и полная капитуляция.

— Приходи ко мне… — шепчет Демьян, притискивая мои бедра к своим.

— Мне еще кур кормить… и собаку… и беременную гусеницу… — выстанываю, закинув руки ему на шею и млея от его собственнических замашек. — А еще гребаный вайфай… и пароль твой дурацкий. Скажешь?

— Так и не разгадала? — хмыкает, пожирая меня глазами.

— Ты мне подкинул сегодня парочку вариантов, — ворчу.

— Ну когда разгадаешь, приходи… Или, когда не разгадаешь. Дам тебе подсказку, — И меня притягивают сильнее к возбужденному паху.

Вот же. Змей-искуситель!

Но воля моя крепка, хоть и трусы все мокрые. И я со вздохом отстраняюсь и бегу в дом.

Прогремев в темноте всем, чем только можно, под аккомпанемент богатырского храпа Лёни забираюсь в постель к своей гусенице-переростку.

— Нагулялась, — умиротворенно шепчет Лика, не уступая мне ни сантиметра одеяла.

— Угу, — мычу и тут же слышу смешок подруги.

— С Морозовым? — сверкает на меня глазами.

— Угу, — решаю мычать до конца допроса. Главное, ни ни чем не спалиться.

— И как? Звезды все пересчитали?

Молчу, радуясь, что темнота надежно спрятала улики — мои пылающие огнем щеки.

Ага.

Пересчитали. Аж три орга… хмм… раза.

— Спи, — шикаю веселящейся подруге.

Кажется, я спалилась по всем фронтам.

Кажется, я вообще не сомкну глаз после такого.

Но стоило мне коснуться головой подушки, как меня утащило в сон.

Там я снова и снова переживала свой самый яркий пик удовольствия, сплетаясь телами с Демьяном, а над нами плыло северное сияние.

А утром я к своему ужасу обнаружила беспрецедентное коварство.

Галина Зинаидовна воспользовалась случаем и совершила побег из курятника!

Любовь

— Что делать-то будем? — Лика озадаченно наморщила лоб.

— Не знаю, — выдохнула, мечтая прикопать одного идиота, забывшего закрыть курятник.

— Так это… — Лёня опасливо на меня покосился, но продолжил более бодро, — давайте зажарим? Яичница по-царски будет, а то одни хлопья жрать надоело…

Он резко умолкает под моим сатанеющим взглядом.

Галина Зинаидовна, вероломно сбежав, не только добавила мне седых волос, но и бросила на наше попечение двадцать пять яиц!

Лучшая несушка области, бляха муха!

— Лёнь, ты дебил? — Лика сердито поджимает губы.

— Анжелика Васильевна, вы же знаете, что я только коклюшем и ветрянкой в детстве болел, — басит Лёня обиженно.

Закатываю глаза.

Нет, он идиот, который жрет кошачий корм вместо хлопьев. А мы третьи сутки в крысу молчим и не говорим ему об этом.

Все не без греха. Но Лёня прям вчера отличился.

Не знаю, откуда его посетила мысль выпустить кур, но она явно показалась ему гениальной — этот горе-спасатель решил выгулять куриное стадо на крытом дворе.

Стадо прекрасно паслось и даже без пикетов и митингов согласилось вернуться обратно в место отсидки.

Вот только одна чернопопая рецидивистка удачно успела слинять.

Задумчиво кручу в руках куриного подкидыша.

— Никакой царской яичницы. А вдруг этой кладке не один день… Хмм… гугл пишет, что там вполне уже могут быть птенчики. Сейчас проверим, — Лика отрывается от экрана смартфона и включает фонарик. — Вот, смотрите!