Книга Развод в 45. Моя новая весна, страница 43 – Лея Вестова

— Иван, — сказала я, — а вы не жалеете, что связались со мной? Из-за меня теперь и на вас косо смотрят.

Он повернулся ко мне и посмотрел так внимательно, что я почувствовала, как краснею.

— Екатерина, — сказал он серьезно, — я прожил достаточно, чтобы понимать: жизнь коротка. И тратить ее на то, что думают посторонние люди, — это преступление против самого себя.

— Но все-таки...

— Все-таки ничего. Мне хорошо с вами. Я рад, что вы живете по соседству. Рад, что могу вам помочь. А что там болтают сплетники... Пусть болтают. У них своей жизни нет, вот и копаются в чужой.

Его слова грели душу. Этот человек принимал меня такой, какая я есть, со всеми моими проблемами и осложнениями. Не пытался переделать, не стыдился общения со мной. Просто был рядом.

В этот момент зазвонил телефон. На экране высветилось имя Петра. Я посмотрела на Ивана.

— Возьмите, — сказал он. — Интересно, что он хочет.

Я нажала кнопку ответа.

— Алло.

— Катя! — голос Петра звучал истерично. — Что за чертовщина творится? Ты знаешь, что на меня написали жалобу? В деканат!

— Не знаю, — спокойно ответила я. — А в чем дело?

— Как в чем дело? — он кричал так, что я отодвинула трубку от уха. — Меня обвиняют в том, что я преследую бывшую жену! Что пишу клеветнические письма! Что веду себя недостойно звания преподавателя!

— И ведете?

— Что?

— Ведете себя недостойно. Пишете клеветнические письма. Преследуете бывшую жену.

Короткая пауза. Потом взрыв.

— Ты... ты это организовала! Это твой деревенский дружок постарался! Я знаю, знаю!

— Петр, — сказала я устало, — я понятия не имею, о чем ты говоришь. И мне это неинтересно.

— Неинтересно? Да как ты смеешь! Из-за тебя меня могут с работы выгнать! Меня вызывали к проректору! Намекали, что преподаватель должен быть примером нравственности!

Я невольно улыбнулась. Надо же, у Петра тоже нашлись проблемы с моральным обликом.

— А что вам проректор сказал?

— Сказал... сказал, что если я еще раз опозорю университет своим поведением, то... — голос его дрогнул. — То мне лучше подумать о смене места работы.

— Понятно. И что вы собираетесь делать?

— Что собираюсь? — он снова перешел на крик. — Ты же должна их успокоить! Позвонить, написать, объяснить, что это недоразумение! Ты же моя жена!

— Бывшая жена. И я никому ничего не должна.

— Катя, ты не понимаешь! Если меня уволят, я не смогу платить алименты! Не смогу содержать семью!

— Какую семью? — не поняла я.

— Ну... нашу семью! Тебя, Лену...

— У нас нет семьи, Петр. У нас есть бракоразводный процесс и раздел имущества.

— Но Катя...

— Но ничего. Желаю удачи в решении ваших проблем.

Я отключила телефон и посмотрела на Ивана. Он сидел с непроницаемым лицом, но в глазах плясали смешинки.

— Похоже, ваш бывший муж получил ответный удар, — заметил он.

— Похоже на то. А вы случайно не знаете, кто мог написать жалобу в университет?

— Понятия не имею, — невинно ответил Иван. — Может, кто-то из коллег узнал о его методах борьбы с бывшими женами и возмутился. Бывает такое.

Я смотрела на него и понимала, что он лукавит. Но спрашивать прямо не стала. Если Иван действительно приложил руку к тому, чтобы проучить Петра, то это было справедливо. Тот, кто раздает удары, должен быть готов их получать.

— Спасибо, — сказала я тихо.