Книга Препод. В тени запрета, страница 52 – Ольга Тимофеева

Массаж, может, сделать?

— Да, я буду один, — бросает на меня взгляд. — Эмммм, нет… Да… — И уходит в другую комнату.

Как будто есть что-то, чего я не должна слышать.

Хм. Но меня же взорвет, если не узнаю, о ком говорит.

Я поднимаюсь и на цыпочках подхожу к двери.

— Нет, ее нет в стране сейчас…

Кого её? Мерзкие мурашки ревниво разбегаются по рукам и груди.

Ее нет…

— Сам разберусь…. Нет… Да, все в силе. Это так… релакс… Давай, завтра увидимся.

Релакс? Это так… Релакс…?

Я бесшумно на цыпочках возвращаюсь в кровать, пока Рокотов меня не засек, что я подслушивала.

И мне хочется верить, что он говорил про какую-то машину, или поездку, или еду, или ещё что-то, но уже воспаленное и зараженное им подсознание как сигнальной лампочкой горит, что речь может быть обо мне.

Я не хочу быть просто релаксом. Каким-то там релаксом. Я хочу быть чем-то более значимым в его жизни. И вообще я думала, что уже им и являюсь. Он столько времени проводит со мной, взял с собой в поездку.

Где-то глубоко-глубоко наедине с собой, я даже надеялась, что он предложит стать его девушкой или как там это у них называется.

Что делать с отцом я, правда, не знаю, но думать об этом буду по ходу.

— Мия, я выйду покурить, скоро вернусь, — Рокотов в одном халате выходит на балкон и закрывает за собой дверь.

Облокачивается на перила и, закурив, смотрит вдаль. У него такая своеобразная привычка. Он не курит постоянно, только какими-то периодами на него накатывает, что он достает сигареты, которые при этом всегда с ним.

Сейчас с ним что-то не так.

Я нервно грызу костяшку большого пальца. Всё же так хорошо было. Не из-за меня же точно.

Вздыхаю, нахожу какую-то американскую мелодраму. Но ощущения и настрой такой, что все равно уже, что смотреть.

Просто хочется, чтобы он был рядом, потому что чувствую, что вся эта идиллия должна вот-вот закончиться.

Его закрытость и молчание не просто так, когда-то же все должно вырваться.

Наконец Тимур возвращается, запуская за собой в комнату прохладный осенний воздух с нотками табака.

Как реагировать, если сейчас скажет, что все? Зачем везти меня сюда было, если все? А может, про папу узнал?

— Ты чего? — натягивает улыбку и кивает мне.

Самой спросить? Или не нагнетать лучше?

— Тебя жду. Случилось что-то? — борясь с внутренним пессимистом, улыбаюсь Рокотову.

Смотрит на меня секунды две и, стряхнув с себя задумчивость, качает головой.

— Нет. Завтра много дел. Надо все успеть.

— А сегодня?

— Сегодня отдыхаем, — ложится рядом и подтягивает меня к себе.

Мы проводим вечер в обнимку. Рокотов все тот же в физическом плане. Все те же руки обнимают меня, то же плечо, на котором я лежу. Пальцы, которыми он поглаживает мою кожу по линии роста волос на затылке.

Но мыслями как будто где-то не со мной. Потому что когда со мной, он сексуальный маньяк, желающий мое тело во всех возможных позах, сейчас он какой-то домашний, ламповый. Другой.

Разный. Но такой мне тоже нравится.

— Я завтра до обеда буду занят, может, сходишь по магазинам?

— Зачем?

— Купишь себе что-нибудь.

— Я плохо выгляжу?

— Нет, но тебе скучно будет тут целый день сидеть и ждать меня.

— Подожду и у меня все есть, что мне нужно.

— Никогда не отказывайся, когда мужчина хочет потратить на тебя деньги.

Мелодрама, которую я выбрала, Рокотову явно уже наскучила и он, уткнувшись мне в шею, начинает целовать.