Книга Горячий черный чай. Том 1, страница 125 – Ппан Ким

— Т-тебе, наверное, не понять… Но для меня Хончха немного особенный.

— …

— Ну, он же мой одноклассник.

Я попытался хоть что-то сформулировать, заставляя свою голову работать. Ким Чханён просто слушал, не говоря ни слова.

— Так вот, дело в том…

— Что ты хочешь мне сказать?

Ким Чханён повернулся и посмотрел на меня. Когда я оказался под этим непонятным взглядом, моя голова окончательно перестала работать.

— Не оставайтесь с ним наедине.

— …

— Не оставайтесь наедине и не делайте ничего вдвоем. Особенно надеюсь, что вы больше не будете меняться спортивными костюмами.

Совсем спятил. Как можно было такое сказать?

Изо всех сил пытаясь скрыть смущение, я посмотрел в глаза Ким Чханёну, который только внимательно слушал. В этот момент он спросил:

— Почему?

— Что?

— Потому что она девчонка?

Чувство было такое, словно меня ударили по голове. Сначала мое лицо застыло, а затем я рассмеялся, как будто услышал полную чушь.

— Ты спятил? Ты хоть понимаешь, что сейчас сморозил?

— Ты ведь тоже это знаешь, верно? Поэтому и ведешь себя со мной так. Боишься, что ее тайна раскроется.

Теперь я застыл так, словно меня ударили по голове раза три. Но откуда Ким Чханён все знает? Ким Нури сама ему рассказала? Быть не может.

— …

В смущении прошло несколько минут. Ким Чханён первым отвел взгляд, я какое-то время посмотрел на его профиль, а затем тоже отвернулся.

— Я ее видел.

— Когда?..

— Она пришла в салон моей сестры, чтобы подстричься. За день до начала семестра.

Я почувствовал, как мое сердце ухнуло вниз. У Ким Чханёна было две старшие сестры, и одна из них открыла салон красоты неподалеку от их дома. Ресторан, в котором Ким Нури подрабатывала курьером, находился в том же районе.

Поверить не могу, что был еще один человек, которому была известна ее тайна. К тому же он узнал ее раньше меня. Такое, наверное, чувство, когда говорят, что в зрачках началось землетрясение? Настолько сильно дрожали мои глаза.

— Я запомнил девушку, которой не просто коротко подстригли волосы, а даже сбрили их машинкой. В тот день она очень горько плакала. Похоже, салон моей сестры был для нее чем-то вроде похоронного бюро.

Я внимательно слушал рассказ о дне Ким Нури, о котором раньше не знал. Поверить не могу, что Ким Чханён видел ее с длинными волосами. Мне было так любопытно, что я хотел спросить и услышать как можно больше, но не мог открыть рот. Я чувствовал себя странно.

— Я не собираюсь никому рассказывать ее секрет. Так что хватит уже напрягаться.

Ким Чханён достал из кармана мобильный. Экран вибрирующего телефона светился. Похоже, звонил Нам Юнсу.

— Да, Юнсу. Ладно, уже иду.

Завершив разговор, Ким Чханён сунул мобильный в карман и поднялся.

— Нас позвали готовиться к отбору на спортивный фестиваль.

Он уже собирался сделать шаг, но увидел, что я сижу неподвижно.

— А ты не идешь?

— Иди вперед.

Понятие не имею, какое выражение у меня на лице. Ким Чханён посмотрел на меня и медленно кивнул.

— Ага.

Постепенно он скрылся из виду. Но в школе всегда так громко щебетали птицы? Я сидел в тени, через которую все равно пробивались солнечные лучи, и отчетливо слышал пение птиц. Что это: плач или смех?

— …

Я рассеянно уставился на стену восточного корпуса. Было такое чувство, словно недостающая частичка пазла у меня внутри встала на место. Я ощущал, что не понимаю, что это за кусочки. И меня тревожило, что я никак не могу взять в толк, какую картину они образуют.