Книга Влюбить босса. Новогодний спор, страница 71 – Ника Лето

— Я люблю тебя, — выдыхает он в район моей шеи. — Жукова, слышишь? Вот мой последний секрет. Я люблю тебя. Очень. До безумия. До потери пульса.

Он приподнимается на локте, заглядывает мне в глаза. В его взгляде столько нежности, что у меня сердце заходится. Такой Кирилл — без масок, без брони, без защиты — только мой. Только для меня.

— Я тебя тоже, Шереметьев. Больше жизни.

— Честно?

— Честнее не бывает.

Он гладит мои волосы, убирает пряди с лица, целует мокрые щёки, веки, кончик носа.

— Знаешь, — говорит он вдруг, и в его голосе появляются странные нотки. — Возможно, я тороплюсь. Возможно, это слишком быстро. Но после этого месяца… после всего, что мы пережили… я больше не хочу сдерживаться. Ни в чём.

Я замираю, глядя на него. Сердце пропускает удар.

— Кирилл?..

Он садится на кровати, берёт мои руки в свои. Смотрит прямо в глаза. У меня сердце начинает неровно стучать.

Что же он ещё задумал? Я ведь ещё в себя не успела прийти после нашего первого раза.

— Евгения Жукова. Женя… — он замолкает. — Я люблю тебя. Я хочу просыпаться с тобой каждое утро. Хочу, чтобы твои вещи занимали половину моего шкафа. Хочу, чтобы ты ругалась со мной из-за разбросанных носков. Хочу, чтобы мы вместе встречали старость, сидели на крыльце и вспоминали, как всё начиналось.

У меня перехватывает дыхание. Я не верю в то, что слышу.

— Ты… что?

— Жень, — он сжимает мои пальцы. — Выходи за меня замуж.

Боже…

Я слышу, как бьётся моё сердце. Как бьётся его. Как где-то за окном проезжает машина.

— Это… это предложение? — выдавливаю я.

— Да, — улыбается он. — Самое настоящие. Без кольца, без цветов, без оркестра, потому что я не планировал это сегодня, но… да. Выходи за меня.

Я всхлипываю. И смеюсь. И, кажется, плачу. Бросаюсь ему на шею, обвивая руками, целуя куда попало — в губы, в щёки, в подбородок, в нос.

— Да, — выдыхаю я между поцелуями. — Да, да, да!

— Правда? — он отстраняется на миллиметр, заглядывая мне в глаза. — Это ведь «да» без шуток? Ты не пожалеешь об этом завтра?

— Конечно, да, дурак! — смеюсь я сквозь слёзы. — Да! Я никогда ни в чём не была так уверена, как в этом!

Он подхватывает меня, устраивает на своих коленях и прижимает к себе.

— Я люблю тебя, — шепчет он мне в макушку. — Я так тебя люблю, Жукова. Ты даже не представляешь.

— Представляю, — шепчу я в ответ. — Потому что я люблю тебя так же.

Мы укладываемся обратно в кровати. И теперь лежим в обнимку, слушая, как за окном затихает ночь. Я смотрю на свою руку — пока без кольца — и улыбаюсь. Скоро будет. Совсем скоро.

— Кирилл?

— Ммм?

— Мы правда поженимся?

— Правда.

— И дети будут?

— Сколько захочешь.

— И кот?

— И кот, — смеётся он. — И собака, если хочешь. И дом с садом. И всё, что ты захочешь.

— Я хочу тебя, — говорю я. — Только тебя. Всё остальное — опционально.

Он приподнимается, смотрит мне в глаза.

— У тебя это есть, — говорит он. — Я твой. Навсегда.

Мы целуемся под затихающий шум ночного города. Где-то внизу, наверное, уже спят его родители, не подозревая, что в детской комнате их сына только что решилась судьба двух людей. Где-то в моей квартире Ева наверняка сидит с Костей и смотрит очередной мрачный фильм, обсуждая экзистенциальные проблемы бытия. Где-то в этом мире есть Катя, Алёна, все эти люди, которые пытались нас разлучить, которые не верили в нас.