Книга Влюбить босса. Новогодний спор, страница 68 – Ника Лето

— Ты вырос здесь? — спрашиваю я, выходя из машины.

— Да, — Кирилл берёт меня за руку, переплетая пальцы. Его ладонь тёплая, уверенная, и это немного успокаивает мои разбушевавшиеся не на шутку нервы. — Не бойся. Мои родители хорошие.

— Верю. Но я всё равно боюсь.

И теперь, зная, что они с другого, недоступного мне мира, я переживаю ещё больше. А вдруг я скажу какую-то ерунду? Вдруг возьму не тот прибор за столом? Вдруг они посмотрят на меня и поймут, что я — не их круга, не их уровня?

Господи. Как я вообще попала в эту историю?

Нас встречают у двери. Мама Кирилла — элегантная, в тёмно-синем платье, с идеальной укладкой. Она тепло улыбается мне, но я всё равно нервничаю. Рядом с ней — высокий мужчина с пронзительными тёмными глазами и сединой в висках. Папа Кирилла. Они очень похожи, разве что у его отца волосы темнее.

— Женя, рада видеть тебя снова, — мама Кирилла целует меня в щёку. — Проходите, ужин почти готов.

— А это, значит, та самая девушка, ради которой мой сын перестал пропадать на работе, — довольно произносит отец. — Наконец-то. А то мы уж думали, что наш сын так и останется холостяком.

— Пап, — Кирилл закатывает глаза, и родители смеются.

За столом легко. На удивление легко. Огромная столовая, хрустальная люстра, сервировка, как в ресторане, но атмосфера тёплая, домашняя. Мама расспрашивает о работе, о семье, о том, как мы познакомились.

Я рассказываю про новогодний корпоратив, упуская, конечно, пикантные подробности. Кирилл добавляет свои комментарии, и мы все смеёмся. Даже его отец, который поначалу показался мне суровым, расслабляется и начинает шутить.

Родители рассказывают забавные истории из детства сына. Я узнаю, что в пять лет Кирилл разрисовал обои в гостиной, потому что «хотел стать художником». Что в школе он дрался с хулиганами, защищая младших. Что в университете у него была своя рок-группа.

— У тебя была группа? — удивлённо смотрю на него.

— Была, — Кирилл слегка смущается, отводя взгляд. — Давно и неправда.

— Он на пианино играет, между прочим, — добавляет мама. — С пяти лет. Мы его в музыкальную школу отдали, думали, музыкантом станет. А он в бизнес подался.

— Мам, не надо, — Кирилл краснеет, и это так мило, что у меня сердце сжимается от нежности к нему.

Мой суровый босс, который управляет целой компанией, который одним взглядом может уничтожить, сейчас сидит и краснеет, как школьник, потому что мама рассказывает про его детство.

Сидим мы долго и основательно. Время давно вышло за пределы приличного, так что родители предлагают нам остаться с ночёвкой. И Кирилл соглашается. Что ж… не так мы планировали встретить наше окончание «голодовки», но почему бы и нет?

В таком огромном доме нас никто и не услышит. А ехать домой — будет целым испытанием для нас. Не хотелось бы лететь по трассе, только бы скорее остаться наедине и воплотить в жизнь все наши бурные фантазии.

Мы с Кириллом поднимаемся на второй этаж. Идём в его детскую комнату.

Внутри оказывается довольно тепло и уютно. Стены оклеены плакатами с рок-группами. На полке — кубки и медали. Я подхожу ближе, с интересом рассматриваю. По плаванию, по шахматам, по дзюдо. И грамоты — за музыкальные конкурсы. На столе — старое фото в рамке: мальчик лет десяти с серьёзным лицом сидит за пианино.