Книга Влюбить босса. Новогодний спор, страница 65 – Ника Лето

— Чай — это прекрасно, — воодушевлённо тянет Кирилл. — Все перемещаемся на кухню.

Столпотворение в коридоре постепенно рассасывается. Костя натягивает на себя рубашку, Кириллу я поручаю хозяйничать на кухне, а сама тяну сестру за руку в свою комнату. Мне нужно задать ей парочку важный вопросов!

Боже. Неужели моя мелочь всё-таки выросла? Поверить не могу.

Я закрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной, глядя на сестру. Сердце всё ещё колотится после неожиданного открытия, но внутри разливается странное, тёплое чувство.

Она стоит посреди комнаты, всё ещё в халате, но уже успевшая натянуть поверх него свою неизменную чёрную футболку с черепом. Волосы растрёпаны, губы припухшие, но глаза… Глаза у неё сияют. Впервые за долгое время по-настоящему сияют.

— Ну и? — начинаю я, скрещивая руки на груди. — Рассказывай давай.

— Что рассказывать? — Ева пожимает плечами.

— Как это — что? — возмущённо тяну я и подхожу ближе. — Это серьёзно? Вы с Костей… вместе?

Она закатывает глаза. И всем своим видом демонстрирует, что не желает со мной обсуждать свою личную жизнь. Но она ведь моя сестрёнка. Та, кого я таскала на руках, когда мамы не было рядом. Та, кого защищала от школьных хулиганов. Та, кто осталась со мной после маминой смерти, когда весь мир рухнул. Я переживаю за неё. Хочу, чтобы у неё всё было замечательно.

— Жень, ну что ты имеешь в виду? — вздыхает Ева. — Мы с ним знакомы всего ничего. Какое «вместе» ты хочешь услышать?

— Ева.

Одно моё слово, и она сдаётся. Потому что мы знаем друг друга слишком хорошо. Потому что между нами нет места для недомолвок.

— Ладно-ладно, — она садится на край моей кровати, поджимая под себя ноги. Багира, почуяв, что происходит что-то важное, тут же запрыгивает следом и устраивается у неё на коленях. — Я не знаю, Жень. Правда не знаю. Но мне с ним… спокойно. Понимаешь?

— Не очень, — честно признаюсь я, садясь рядом. — Ты всегда была… сама по себе. Никого не подпускала.

— Вот именно, — подтверждает она и серьёзно смотрит на меня. В её взгляде столько всего, что я замираю. — Я всегда была сама. Никого не подпускала. А он… он просто взял и вошёл. Без спроса. Ну знаешь, как будто у меня в голове ключ подобрал. И замок щёлкнул.

— А как же твой бывший? Рома? — осторожно спрашиваю я.

Ева фыркает. Так красноречиво, что мне становится смешно. Багира недовольно дёргает ухом, но с места не двигается.

— Ты серьёзно сейчас сравниваешь Рому и Костю? — она смотрит на меня с таким выражением, будто я спросила, чем отличается песок от икры. — Жень, это же вообще. Небо и земля. Рай и ад. Тьма и свет. Хотя, — она задумывается, и в её глазах появляется философский блеск, — Костя, скорее, ближе к тьме. Но такой… притягательной. Понимаешь? Как чёрная дыра. Затягивает, но не страшно, а интересно.

— То есть твой бывший — ад, а Костя — рай? — уточняю я, пытаясь разобраться в её мрачной терминологии.

— Не-ет, — тянет она. — Рома — это просто пустота. Болото. Серая масса без глубины. С ним было скучно. Предсказуемо. А Костя… — она замолкает, подбирая слова. Её пальцы автоматически гладят Багиру, и кот довольно жмурится. — Он сложный. В нём есть слои. Как в хорошей книге. И каждый раз, когда я его читаю, нахожу что-то новое. То цитату из Ницше, то внезапную нежность, то такую тьму, что хочется нырнуть и не выныривать.