Книга Папа для непосед, страница 30 – Ника Лето

— А ты, я смотрю, и есть тот самый работодатель? – усмехается он, пытаясь изобразить пренебрежение. – Няньку свою приехал спасать? Смотри, спонсорство нынче дорогое удовольствие.

— Я сказал – отпусти, – повторяет Артём. В его голосе появляется металл. Холодный, звенящий, как лезвие ножа. – Последний раз повторяю.

Коля кривит губы, но руку всё-таки убирает. Я отдёргиваю запястье и тру его, чувствуя, как горит кожа. Там, где только что были его пальцы, останутся синяки. Я знаю. У меня всегда остаются синяки после его хватки.

— Лен, так это кто? – Коля пытается перевести всё в шутку, но голос у него напряжённый. – Твой новый ухажёр? Быстро ты, однако, нашла замену.

Артём не обращает на него внимания. Совсем. Будто Коля – просто пустое место, назойливая муха, которую даже прихлопывать лень. Он переводит взгляд на меня. В его глазах – вопрос.

— Ты в порядке? – спрашивает он.

Я киваю. Язык пока отказывается со мной сотрудничать, прилип к нёбу, как ватный диск. Волнение, адреналин, неожиданное появление Зимина – всё смешалось в какой-то гремучий коктейль, от которого я чуток впадаю в транс.

Артём переводит взгляд на Колю. Изучает его с ног до головы. Букет в руке – жалкие розы в мятом целлофане. Старую иномарку с облупившейся краской. Всё это занимает секунды три, но кажется вечностью.

В его взгляде холодная, беспристрастная оценка. Как будто Артём сканирует противника, просчитывает его слабые места, уязвимости, болевые точки. И по тому, как чуть дёргается уголок его губ, я понимаю: он нашёл их все.

— Ты, – говорит Артём ледяным тоном, от которого у меня мороз по коже, – сейчас сядешь в свою развалюху и уедешь. Исчезнешь. Потому что если я ещё раз увижу тебя рядом с ней или с её сыном, – он делает паузу, и эта пауза висит в воздухе, как занесённый над головой топор, – ты об этом пожалеешь. Очень сильно пожалеешь.

Коля пытается что-то возразить, открывает рот, но Зимин перебивает, даже не повышая тона. Он вообще не напрягается. Стоит, чуть наклонив голову, и говорит так, будто обсуждает погоду:

— У тебя долг по алиментам. Сто пятьдесят тысяч. За полгода. Я знаю, потому что проверил по пути сюда. Один звонок – и завтра к тебе приедут с вопросом, почему ты их не платишь, где твои официальные доходы и почему ты их скрываешь. – Он делает паузу, давая информации улечься. – Советую сделать ноги. Прямо сейчас. Пока я не передумал и не решил заняться тобой всерьёз.

Коля бледнеет. Я вижу, как с его лица в один миг спадает краска. Смотрит на меня, на Артёма, снова на меня. В его глазах – смесь злости и страха, которую невозможно спутать. Он не привык к такому. Он привык, что я молчу, терплю, не жалуюсь. Что меня некому защитить, некому вступиться.

Ведь раньше он сам был моей защитой. По крайней мере, я так думала. До того момента, пока он не поставил меня перед фактом своей измены. Пока не объявил, что уходит к другой, потому что она моложе, красивее и, главное, она беременна двойней от него.

Тогда всё рухнуло. И тогда же я поняла: у меня нет стены. Нет опоры. И никогда не было.

Только ложь. Красивая ложь о том, что я за каменной спиной.

— Лен, ты серьёзно? – шипит он, и в его голосе прорезаются знакомые истеричные нотки. – Ты с ним? Ты променяла меня на этого... на этого выскочку? Да он же тебя попользует и выбросит, как только наиграется!