Книга Слабонервным не входить!, страница 111 – Наталья Юнина

Может, я впала в режим оптимистки, но у меня стойкое ощущение, что все сказанное им – правда. Становится стыдно.

— Чувство такое, что меня сейчас отчитали у доски при всем классе.

— В принципе – это моя оплошность. Женщинам нужна конкретика, я тебе ее вовремя не дал. Так что закономерный исход. Мы прояснили эту тему? – надо бы сказать да, но ведь нет же! – Значит, не прояснили. Продолжай.

— А ты всегда будешь бежать по первому звонку своей бывшей? Когда она в следующий раз позвонит тебе и вырвет из кровати, побежишь к ней?

— Не позвонит. Ее звонок был не с целью манипуляции. Она не глупая женщина.

— Я бы сказала, очень даже умная. Звонить мужику пять раз, – отлично! Я веду себя как ревнивая придурочная особь, а ему смешно.

— Знаешь, я провел с ней не один месяц. И, если честно, она была идеальна, – мне это не послышалось? И кто из нас бессмертный?!

— Ты дурак, что ли, такое говорить?

— Дослушай меня. Идеальна для эгоиста, чей собственный комфорт превыше всего. И тут, надо бы сказать, что я решил перестать им быть, но нет. На самом деле я дал ей отставку вовсе не из-за желания распрощаться со своим комфортом и отправить ее в свободное плаванье, чтобы она нашла достойного мужчину, за которого выйдет замуж и родит ему детей. Давай, по-честному. Причина в другом. Точнее в другой. И ты это прекрасно понимаешь. Вообще, если призадуматься – сучка в этой истории ты.

— Я?!

— Ну, если бы в твоей книге Аня была бы главной героиней, то тебя бы запинали.

— Ой, все, – тьфу ты, блин. Это что получается я, что ли, разлучница? Фу, какая мерзость.

— Мне бы тоже не понравилось, если бы ты куда-то поехала на ночь, глупо это отрицать. Но я чувствую некую ответственность за то, что ее бортанул. Поэтому да, если я могу чем-то ей помочь в ответ на то, что она давала мне комфорт и удобство не один год, я помогу. В пределах разумного, разумеется. Теперь еще раз. Что тебе сказал Кирилл?

— Ничего. Ты слишком плохого о нем мнения.

— Да неужели? А кто наплел про гарем, блондинку и Дашу?

— Вообще-то гадалка, – не задумываясь произношу я. – Память подкинула этот момент только сегодня. И, судя по всему, гадалка попала в точку. А рыжая это и есть Аня. Кто остальные, Саша?

— Блондинка – моя дочь. Даша – жена. Бывшая, – тут же поправляется Полуянов. – То есть ты хочешь сказать, что Кирилл тебе ничего про них не говорил?

— Не говорил.

— Верится с трудом, что этот сученыш упустил шикарную возможность мне нагадить. Я не верю в это. О чем вы говорили? Вы же где-то были, пока я тебя тут ждал.

— Мы были в ресторане. А ты действительно допускал мысль, что я могу с ним переспать?

— Ты? Нет, – не задумываясь бросает Полуянов. – А то, что этот мудак подпоит тебя хрен знает чем в отместку мне, и ты окажешься с ним в одной койке – вполне.

— Ты не прав. Я его не знаю, но он бы так не сделал, – на мое заключение Полуянов лишь усмехается.

— Ну, да, конечно. Так о чем говорили?

— Он восхищался моей задницей, – испытываю самый что ни на есть кайф, когда Полуянов закатывает глаза.

— Про твою задницу мы уже все поняли. Что еще?

— Что ты принципиальный дурак и что лет пять назад ты увел у него девушку.

— Во-первых одиннадцать. Во-вторых, я сделал это намеренно. В-третьих, ты же понимаешь, что он сделает все в отместку мне.