Онлайн книга «Отчим»
|
— Я помогу, — пробурчала Анна, уже ненавидя себя за эту мягкость. — Да, дом не в порядке, сама знаю. Платон спустился вниз в состоянии шока. Господи, если бы он знал… На следующий день с раннего утра он стоял у холодильника, сжимая в руках пакеты со всякой снедью — мясо, сыр, фрукты, йогурты… Кухня всё ещё напоминала зону бедствия: крошки на полу, горы упаковок, смятая салфетка с Лениной помадой. Но он методично расставлял продукты, пряча за этим ритуалом то, что не решался сказать вслух. Пусть хотя бы кушает. Соки с мякотью, мюсли, зефир дурацкий в форме мишек — всё заняло свои места на полках, будто армия солдатиков против хаоса. Когда Анна вышла со второго этажа, еще в пижаме, её взгляд скользнул по сияющему холодильнику, потом — по нему у грязной плиты с железной мочалкой в руках, и губы дрогнули в полуулыбке. — Я помою, — спокойно сказала она. — Ты убьёшь поверхность своей железной мочалкой. — Спасибо, — смутился он, и его пальцы на секунду коснулись ее руки, оставив на коже след тепла и признательности. Аня исчезла в коридоре, и он услышал, как она, очевидно по-турецки чертыхаясь, начала собирать мусор у входа. Кухня, ещё вчера напоминавшая поле боя, постепенно обретала черты жилого пространства. Платон вытирал стол. Он проследил за тем, чтобы Анна переоделась и закатала рукава рубашки. Теперь она оттирала пригоревшую сковороду. Вода шумела в раковине, смешиваясь с тиканьем часов — звуки, которые вдруг стали общими, почти уютными. Он заметил, как солнечный луч, пробившийся сквозь теперь уже чистое окно, лег на её предплечье, немного высветив те самые повреждения. Сердце ёмко дрогнуло, но он опустил взгляд, продолжая выводить круги тряпкой по столу. «Не сейчас.» — Будешь кофе? — неожиданно мягко спросила Анна, не оборачиваясь. Голос её звучал глухо, будто сквозь вату, но в нём уже не было прежней стены. Он кивнул, потом, вспомнив, что она не видит, добавил: «Да». Заработала кофеварка, запах свежего помола заполнил пространство между ними. Она поставила две чашки на стол. Молчание больше не давило; оно стало мостом, шатким, но выдерживающим вес невысказанного. Платон взял свою чашку, пальцы ненадолго встретились с её холодными от воды руками. Анна не отдернула ладонь. Всего на секунду — но он успел ощутить дрожь, спрятанную под кожей. — Спасибо, — сказала она вдруг. — За продукты. И… за то, что ты так бескорыстно заботишься. Он хотел ответить, найти правильные слова, но в горле застрял ком. Не такой он уж и бескорыстный. Вместо этого протянул ей зефирного мишку из пакета. Анна уставилась на него, потом фыркнула — коротко, почти неслышно, но этого хватило, чтобы уголки её губ дрогнули. — Мишка, ну ок, — пробормотала она, но взяла угощение. Они допивали кофе, когда на лестнице скрипнула ступенька — старая лестница напоминала о себе. Анна вздрогнула, словно вернувшись из другого измерения, и вдруг поднялась, унося чашку к раковине. Платон видел, как её плечи снова напряглись, как пальцы сжали край столешницы. Но прежде чем исчезнуть в коридоре, он быстро сказал: — В понедельник… может, вместе в школу? Первый день всё-таки. Вдруг обидят. — Сама дойду, — дружелюбно кивнула Аня. — Не маленькая. Если что, дам сдачи. Тем более, я почти всех уже знаю. |