Книга Мимозы для Розы, страница 80 – Екатерина Мордвинцева

Мы ходили по саду до вечера. Анна Петровна показывала мне каждое дерево, каждый куст, каждую клумбу. Я слушала, и мне казалось, что я возвращаюсь в ту жизнь, которую потеряла. Но не в ту, где была женой Игоря. В другую. Ту, где я была частью этой семьи. По-настоящему. Не по обязанности, а по любви.

К вечеру мы вернулись в дом. Анна Петровна накрыла на стол — уже не так обильно, как днем, но с той же заботой. Мы пили чай, смотрели старые фотографии. Я видела Алексея маленьким — серьезным мальчиком с большими глазами, который всегда стоял чуть в стороне от шумного старшего брата. Я видела его на выпускном, на защите диплома, на семейных праздниках. И везде он был таким, каким я запомнила его в тот первый вечер — тихим, наблюдающим, немного грустным.

— Ты всегда был таким? — спросила я.

— Каким?

— Отстраненным. Как будто ты смотрел на всех со стороны.

— Я привык, — сказал он. — Игорь всегда был в центре. Он занимал все пространство. А я… я был в тени.

— Больше нет, — сказала Анна Петровна. — Теперь ты в центре. Моего сердца. Всегда был, просто я не замечала.

Алексей посмотрел на нее, и я увидела, как его глаза становятся влажными. Он не плакал — он не умел плакать. Но я видела, как эти слова входят в него, как они заживляют что-то, что болело годами.

— Спасибо, мама, — сказал он. — Это много для меня значит.

— А ты думал, я не люблю тебя? — спросила она.

— Я думал, что люблю меньше, — сказал он. — Чем его.

— Ошибалась, — она взяла его за руку. — Я ошибалась. Прости меня.

— Не за что, — он сжал ее руку. — Ты здесь. Это главное.

Я смотрела на них и чувствовала, как что-то во мне замыкается. Круг. Тот самый круг, который разорвался год назад, когда я ушла из этого дома. Теперь он смыкался. Но не там, где был разрыв, а в новом месте. Новом, но таком же родном.

Поздно вечером, когда Анна Петровна ушла спать, мы вышли на крыльцо. Звезды были яркими, воздух — прозрачным, и только ветер иногда приносил запах сырой земли и первых почек.

— Как ты? — спросил Алексей.

— Хорошо, — сказала я. — Лучше, чем я думала.

— Ты плакала.

— Да. Но это были хорошие слезы.

— Мама рада, что ты здесь, — сказал он. — Она так боялась, что ты не захочешь возвращаться.

— Я тоже боялась, — сказала я. — Я думала, что войду в этот дом и увижу его везде. Что прошлое накроет меня, и я не смогу дышать. Но я не увидела его. Я увидела тебя. Твою маму. Твои рисунки на стенах в спальне. Твой сад, который ты проектировал для меня.

— Ты видела?

— Да. В твоей старой комнате. На стене. Эскиз дома у моря. Тот самый, который ты показывал мне. Ты рисовал его еще тогда? Когда я была замужем за Игорем?

Он молчал. Я смотрела на его профиль, освещенный светом из окна.

— Я рисовал его каждую ночь, — сказал он наконец. — В разных вариантах. Менялись детали, но дом всегда был один. Наш.

— Ты верил, что мы будем вместе?

— Я надеялся, — сказал он. — Это не одно и то же.

— А теперь?

— Теперь я знаю.

Я взяла его за руку, прижалась к его плечу.

— Знаешь, я думала, что этот дом будет для меня местом боли, — сказала я. — Местом, куда я никогда не смогу вернуться. Но теперь я понимаю, что это не так. Это просто дом. В котором живет женщина, которая меня любит. В котором ты вырос. В котором мы можем быть вместе.