Книга Что я должен был сказать, страница 98 – Р. Л. Аткинсон

— Обдумывая это решение, я пришла к выводу, что, должно быть, люблю его, и просто напугана, поэтому решила сделать ему сюрприз. Я бесконечно благодарна и в то же время мне стыдно за то, что я сдалась и пришла в его квартиру, потому что я застала его трахающимся с моей лучшей подругой. Конечно, он обвинил во всем меня, заявив, что это моя вина, раз я ему отказывала. С того момента я установила жесткое правило, пообещав себе, что всё, что касается секса, будет только после любви. Мои родители учили меня, что секс должен сближать пару, укреплять отношения, а не быть единственной их целью. Так что, хотя я и думаю, что в каком-то смысле любила его, это была не та любовь, которой я по-настоящему желаю, — закончила я, чувствуя, как пульс стучит в ушах. Выражение лица Гриффина не изменилось, его глаза оставались прикованы к моим. В эти секунды тишины я никогда не чувствовала себя такой уязвимой, но мне и в голову не пришло усомниться в том, почему я рассказала ему это или почему должна была.

Я ждала, что он что-нибудь скажет, пока он изучал меня. В его голове крутились шестеренки, я видела, что они работают сверхурочно, по сосредоточенности на его лице; он боролся с мыслями, которые терзали его разум.

— Это было насилие, Джейн. Ты ведь это понимаешь? — наконец заявил он, и я кивнула.

— Я рассказала папе о том, что произошло, пару лет спустя, и он помог мне с этим справиться. Теперь ты единственный, кто это знает. Или, полагаю, единственный человек, который знает, раз моего отца больше нет рядом. Я никогда даже маме не рассказывала, потому что боялась, что она меня пристыдит. Хотя я знаю, что это глупо.

— Зная тебя теперь, я удивлен, что ты так долго всё это терпела.

— Повторюсь, я была наивной молодой девчонкой. — Мне удалось выдавить слабую улыбку.

— Теперь ты определенно не такая, — сказал он, вскинув одну бровь и открыто скользя по мне взглядом.

— Нет, теперь я умница, помнишь? — сказала я, чувствуя себя странно неловко.

— Как я мог забыть?. — Его ухмылка стала шире, а глаза заблестели.

— Но ты ведь никому не расскажешь, правда? — прошептала я, и он покачал головой.

— Это не моя история, чтобы ее рассказывать.

— И ты не считаешь меня ханжой?

— Нисколько. Если честно, довольно приятно встретить женщину, которая, похоже, настроена на долгосрочные отношения.

— Даже если всё это фальшивка, — сказала я не подумав. Его ухмылка померкла, но лишь на мгновение, прежде чем на его лицо снова вернулось светлое выражение.

— Даже если, — пробормотал он. Гриффин оттолкнулся от края и отплыл от меня. — Иди надевай купальник и присоединяйся. Я предложил научить тебя плавать, и, как ты ясно видела, пловец я феноменальный.

— А я — ужасная ученица. Упрямая как осел.

Он хихикнул.

— Я в курсе. А теперь поторапливайся, пока все остальные не проснулись и нас отсюда не выгнали.

Я вздохнула и закатила глаза.

— Давай быстрее, умница.

Встав, я увидела едва заметную, кривую улыбку на его губах, прежде чем он снова нырнул в воду и продолжил наматывать круги. Выходя из бассейна, я приложила руку к груди. Почему мое сердце билось так быстро?

Обмахиваясь рукой, я покачала головой. Почему мне было так жарко?

Должно быть, это влажность в помещении бассейна заставила меня вспотеть, ничто другое не могло вызвать у меня такую бурную реакцию. Уж точно не мысль о том, что он снова ко мне прикоснется. Он прикасался ко мне, обнимал меня прошлой ночью в озере, так почему же сейчас всё вдруг стало иначе? А может, и не стало. Он только что так интимно стоял между моих ног, так что же изменилось? Почему рядом с ним я была такой спокойной и в то же время взволнованной?