Книга Гром в моем сердце, страница 49 – Юлия Четвергова

— Ты с нами, Ника! Волчонком скоро станешь с такой жизнью. Ни с кем не общаешься и людей сторонишься.

— Неправда.

— Правда! — подхватывает Вера, остановившаяся в дверном проеме. — Уйдешь — я обижусь! — И надувает пухлые от природы губы.

Я обреченно вздыхаю и поправляю сарафан.

С Верой у меня хорошие отношения. Нас нельзя назвать подругами, но она тот самый человек, который свой в доску. Девушка со всеми находит общий язык и всегда решает конфликты миром. Не удивлюсь, если в детстве у нее было прозвище «Леопольд».

А еще она — единственная, кто поддерживал меня в трудную минуту. Именно Вера заставала меня плачущей в одиночестве на пляже. Правда, причину моей душевной раны коллега не знает до сих пор.

И не узнает, учитывая то, каким взглядом она всю смену смотрела на Грома…

— Остаешься? — Нина толкает меня плечом и загадочно улыбается, щуря ореховые глаза.

— А у меня есть выбор? — Я развожу руками.

Вопрос риторический и остальные девчонки понятливо хмыкают, прекрасно понимая, что если бы я заартачилась, Вера бы все равно волшебным образом затащила меня на праздник. У нее есть скрытый дар убеждать людей.

И пусть я не поддалась чарам обаятельного демона, впереди долгая ночь солнцестояния. И она, как и мое личное испытание, только начинается. Мне остается лишь надеяться, что главный демон испугался яркого сияния костра и убрался восвояси. Во тьму!

Но, поправляя макияж и перекидываясь общими фразами с девчонками, я даже не догадывалась, что тварям из тьмы закон не писан. И что они сделают все, пойдут на любые ухищрения, лишь бы заманить свою жертву туда, куда не достает спасительный свет от костра…

По всему пляжу разносятся звуки домры, бубенцов и свирели. Слышится смех молодежи, собравшейся у костра. Тени на песке пляшут вместе со своими хозяевами, исполняя незамысловатый танец. Пламя разгорается все ярче, искрится от подбрасываемых в него поленьев, присоединяясь к празднеству.

— Ух, у меня аж мурашки по телу! Здесь так атмосферно! — с придыханием говорит Вера, и, явно нервничая, поправляет венок, запутавшийся в русых локонах.

— А я стесняюсь танцевать, — признается Настя, обхватив себя за предплечья.

— Немного меда, и ноги сами в пляс пойдут, — хихикает Нина и шутливо толкает трусишку в бок локтем.

Инициаторша нашего похода, расправившись с венком, осуждающе закатывает глаза, но решает не читать нотации, зная, что сегодня все попробуют меда вне зависимости от их отношения к алкоголю. Праздник ведь!

Глядя на девчонок и слушая звучные переливы народного ансамбля, приглашенного выступать в ночь летнего солнцестояния, я вдруг ощущаю небывалое воодушевление. Кровь бурлит в предвкушении и меня уже тянет присоединиться к пляшущим парням и девушкам.

Подхватив меня под руку, Вера уводит нас немного в сторону, и шепчет на ухо:

— Мне тут птичка на хвосте принесла, что ты хорошо знаешь Олега Громова. — Ее карие глаза, в которых отражается свет костра, пылают настоящим огнем.

И в то же время тушат мой.

— Кто тебе это сказал? — спрашиваю, стараясь, чтобы мой голос звучал как обычно.

— Витя. Я когда пошла у него форму клянчить, нечаянно заговорила о творчестве «демонов». Он и сказал, что раз я такая фанатка, то уже бы давно могла попросить свою подружку познакомить меня с Громом. Я не знала, что вы были одноклассниками, — добавляет она и смотрит на меня с укором. Но уже в следующее мгновение на дне карамельных глаз залегает восторг: — Это так круто! Я столько лет мечтала получить у него автограф, а тут прям сама судьба велит!