Книга Как профукать праздник. Служебная записка на чувства, страница 24 – Екатерина Мордвинцева

Я замолчала, не в силах закончить фразу.

Кирилл молчал. Я смотрела на него и ждала — чего? Оправданий? Извинений? Объяснений, почему его проект был важнее моей жизни? Но он не говорил ничего. Он просто сидел напротив, и его лицо было бледным, почти таким же бледным, как моё.

— Я пыталась им дозвониться, — сказала я. — С утра. Никто не отвечает. Телефоны выключены или... или их нет.

— Может быть, у них просто сели батареи, — тихо сказал Кирилл. — Или они в зоне, где нет связи.

— Самолёт пропал, — повторила я, и мой голос снова начал срываться. — Его нет на радарах. Его не могут найти. Что ещё может быть?

— Есть много вариантов, — его голос был спокойным, но я чувствовала, что он старается говорить уверенно, хотя сам не уверен ни в чём. — Техническая неисправность, проблемы со связью, вынужденная посадка. Поиски только начались.

— Вы сами в это верите? — спросила я, глядя ему в глаза.

Он не ответил. Отвёл взгляд, и я поняла, что не верит. Никто не верит. Мы все просто делаем вид, что есть надежда, потому что без надежды невозможно дышать.

— Я должен был отпустить вас, — вдруг сказал Кирилл, и я посмотрела на него с удивлением. — Проект можно было сдать и после праздников. Документы не были настолько срочными. Я просто... я не хотел, чтобы вы улетали.

Я замерла. Эти слова повисли в воздухе, и я не понимала их смысла.

— Что? — переспросила я.

Он провёл рукой по лицу, и я заметила, как дрожат его пальцы. Впервые за два года я видела его таким — неуверенным, растерянным, почти испуганным.

— Я не хотел, чтобы вы улетали, — повторил он тихо. — Я знал, что вы берёте отпуск, знал, что вы собираетесь лететь. И я... я придумал причину, чтобы вы остались. Проект можно было закончить раньше. Я намеренно затянул, чтобы у вас не было выбора.

Я смотрела на него, и мир вокруг рушился. Не только самолёт над океаном. Не только надежды на отпуск. А что-то ещё, во что я верила, что считала незыблемым.

— Вы... вы специально? — прошептала я. — Вы специально заставили меня остаться?

— Да, — он не отводил взгляда. — Я думал... я не знаю, что я думал. Может быть, что мы закончим проект, вы перенесёте отпуск, и всё будет как обычно. Я не знал, что они полетят без вас. Я не знал, что самолёт пропадёт. Я не знал...

— Вы не знали, — я встала, и он тоже поднялся. — Вы не знали. Вы просто хотели, чтобы я осталась. Чтобы я работала. Чтобы я делала ваши отчёты, проверяла ваши договоры, исправляла ваши ошибки. Потому что для вас я — удобный инструмент.

— Нет, — он покачал головой, и в его голосе появилось что-то, чего я никогда не слышала. Отчаяние? — Это не так. Инга, это не так.

— А как? — я смотрела на него, и слёзы снова текли по щекам. — Как это называется, если не это? Вы украли у меня отпуск. Вы украли у меня возможность быть с ними. Вы...

Я не договорила. Не могла произнести это вслух.

Кирилл сделал шаг ко мне, но я отступила.

— Не подходите, — сказала я, и голос мой был холодным, как лёд. — Не приближайтесь ко мне.

Он замер. Мы стояли друг напротив друга, разделённые бумагами, которые разлетелись по полу, разделённые словами, которые нельзя было взять обратно.

— Я не хотел вам зла, — тихо сказал он. — Я хотел... я хотел, чтобы вы были рядом. Чтобы вы...

— Чтобы я работала, — закончила за него я. — Всегда. Все праздники. Все выходные. Потому что вы — начальник, а я — никто.