Книга Платиновый Достал!, страница 20 – Мира Грозова

— А если не докажешь?

— Тогда я сам уйду. — Он посмотрел на неё серьёзно. — Я не буду держать тебя силой. Если ты скажешь, что между нами всё кончено — я отступлю. Но дай мне шанс.

— Ты уже просил шанс.

— И провалил его.

— Да.

— Дай второй.

Ари молчала. Смотрела на его руки, на золотой браслет, на царапины на костяшках — они ещё не зажили.

— Почему я должна тебе верить?

— Потому что я здесь. — Он обвёл рукой маленькую кухню. — Потому что я приехал за тобой. В Челябинск. В хрущёвку без лифта. Потому что я не сплю третий день. Потому что я люблю тебя. По-настоящему. А не так, как умеют мажоры.

— А как умеют мажоры?

— Играть.

— А ты?

— Не играю.

Она смотрела на него. Долго.

— Один шанс, — сказала она наконец. — Последний.

Она не уточнила, что это не только для него, но и для себя. Для своей веры в людей. В любовь. В то, что мажоры могут меняться. В глубине дуги она боялась, что ошибается снова. Но молчала.

— Согласен.

— Если ты снова сорвёшься — я уйду. Навсегда. Даже не ищи.

— Не сорвусь.

Она встала. Подошла к окну. Посмотрела на серое челябинское небо.

— Завтра едем, — сказала она. — Но ты за рулём. Я не хочу сидеть за рулём, у меня голова болит.

Он улыбнулся.

— Договорились.

--

Перед отъездом мать задержала Ари в прихожей.

— Дочка, — тихо сказала она, поправляя воротник её куртки. — Я вижу, как ты на него смотришь. Но не растворяйся в нём. Ты — не «девушка мажора». Ты — Ариадна Громова. С характером. С мозгами. С гордостью. Не теряй себя.

— Мам…

— Молчи. — Мать обняла её. — Просто помни: ты можешь всё сама. А он — пусть будет рядом. Но не вместо тебя.

Ари кивнула, сглатывая ком в горле.

Мать повернулась к Демиду и строго посмотрела.

— Не обижай её.

— Не обижу.

— Смотри у меня.

Она закрыла дверь. Ари выдохнула.

— Поехали.

--

Они выехали на рассвете.

Ари сидела на пассажирском сиденье, смотрела в окно, молчала. Демид вёл машину, не отвлекал её. За окнами проплывали поля, деревья, маленькие деревни.

— Я боюсь, — призналась она через час.

— Чего?

— Что всё повторится.

— Не повторится.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю. — Он взял её за руку. — Потому что больше никогда в жизни я не хочу видеть, как ты уходишь от меня. С чемоданом. Ночью. На пустую остановку.

Ари сжала его пальцы. Молчала. Внутри неё боролись две мысли: одна — верить, другая — не верить. Она отгоняла вторую, но та возвращалась.

«А если он снова сорвётся? Если снова накричит, разобьёт что-нибудь, не поверит?»

Она тряхнула головой, прогоняя страх.

— Квиты? — спросила она.

— Квиты.

— Если ещё раз…

— Не будет.

— Если ещё раз, я уеду и не вернусь. Найду место, где тебя нет, и буду там жить.

— Не найдёшь.

— Почему?

— Потому что я везде буду. Где бы ты ни была — я приду.

— Ты самоуверенный, Ветров.

— Демид.

— Демид, ты самоуверенный.

— А ты моя. И это главное.

Она улыбнулась. В первый раз за долгое время.

--

Академия встретила их привычным шумом и запахом денег.

Ари вышла из машины, посмотрела на мраморные колонны, на золотой герб. Её руки дрожали. Не от холода — от страха.

— Боишься? — спросил Демид, вставая рядом.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Она посмотрела на него. — Боюсь. Боюсь, что меня ненавидят. Боюсь, что надо мной смеются. Боюсь, что я не справлюсь.

— Ты справишься. — Он взял её за руку. — Я рядом.