Книга Как не влюбиться в спасателя, страница 71 – Тори Мэй

— Думаешь, не решусь?

Замолкаем оба, поскольку в палату заходят Миша с Ульяной, а следом тянется целая вереница людей: брат Никита, коллега Коля и дед Игнат с виноватым лицом.

— Это что за сборище? — забегает следом медбрат. — Нельзя всем в палату!

— Я заеду вечером, хорошо? — поглаживаю руку Славы.

— Ловлю на слове, — он нехотя отпускает мою ладонь, и переключается на подоспевшую толпу.

Шагая из больницы, не могу сдержать слез облегчения. Тугой узел внутри развязывается: со Славой все в порядке.

Можно выдохнуть. Я ведь совсем не спала, не ела и работала на автомате. Хорошо, хоть Соня вернулась — без нее я бы не справилась.

Проблемы с кофейней вдруг отошли на задний план. Пусть хоть все подчистую у меня скопируют — плевать, я думала лишь о Титове.

Стоило мне вспомнить о работе, тут же позвонила Зайчикова.

— Да, Сонь?

— Олеся, срочно сюда, — шипит она в трубку. — Тут Мраковна с Виталиком на парковке. Кажется, сюда идут.

— Уже выезжаю, — завожу мотор. — Без меня их в цех не пускай. Закрой дверь, скажи, ключи у меня.

— Хорошо.

Внутри вспыхивает искра негодования, но так же быстро гаснет. В борьбе нет никакого смысла.

В конце концов, это его здание, однажды он все равно заберет его в личное пользование. Не для Богданы, так для новой пассии, скажем, под маникюрный салон.

Место слишком удачное — кафе у моря. Сплошная романтика. Приобрести это здание было моей идеей, и будет очень жаль с ним расставаться, но делать нечего.

Радует лишь то, что по закону я защищена: он не может выгнать меня раньше срока истечения договора. Запас времени на поиски нового помещения у меня есть.

Денег, признаться, нет, но если продать часть оборудования… В общем, выкручусь.

Мне еще Ярослава в университете учить. С учетом поднявшихся расходов на содержание Игуаны — большой помощи от Витали нам ждать не стоит.

Паркуясь у кофейни, настраиваюсь на «волшебный» разговор.

Честно, меня задолбало быть хорошей и бояться немилости Виталика-сушеного-рогалика, и на этот раз церемониться с ним я не собираюсь.

«Улизнула без ответа, лиса» — мелькает на экране телефона прежде, чем я убираю его в сумку.

Слава.

Мой Слава.

Улыбаюсь и печатаю:

«Я согласна с тобой встречаться!»— звучит коряво, зато честно.

«Кланяюсь в ноженьки, государыня. Не зря очнулся, получается.»— приходит моментально.

В кофейню вхожу с самым счастливым лицом, на секунду забыв, что меня поджидают гости.

— Рабочие часы не для всех, полагаю, — комментирует Виталя. Он стоит у витрины, и, судя по красному лицу Зайчиковой, достает ее.

— Как и тонкий сарказм — не для тебя. Чем обязана, Виталий? — подхожу близко. — Наверное, что-то срочное, раз ты заручился поддержкой мамы.

— Ишь, заметила, а поздороваться забыла, — возмущается она из-за столика.

— А я с ворами не здороваюсь, — отвечаю спокойным тоном.

— Олеся! Как ты смеешь так с мамой?

— Легко, а что? — складываю руки на груди.

— Ой, аж сердце кольнуло, — притворяется свекобра. — Богдаша такого себе не позволяет.

— Конечно, пока вы ей мои рецепты предоставляете, — хмыкаю. — А затем руку по колоть откусит, хотя, это уже не мое дело.

— Вот именно, поэтому следи за языком, — цедит Виталя. — Лучше объясни мне, почему мой сын до сих пор контактирует с этим преступным элементом?

— Ты о похитителях моей тетради? — не унимаюсь.