Книга Двойной подход для Пышки, страница 77 – Tommy Glub

Ключ поворачивается в замке с привычным щелчком. Наконец-то я дома. Голова раскалывается — вчера явно какой-то бокал шампанского был лишним. Или два лишних. Или три… В висках пульсирует, будто там поселился маленький барабанщик и отбивает свой бесконечный ритм.

Скидываю пальто прямо на пуфик у двери. Сумка летит следом. Мечтаю только об одном — горячий душ, аспирин и в кровать. Желательно до завтрашнего утра.

Но тут слышу шум воды из ванной. Дверь скрипит, и...

О боже.

Из ванной выходит Влад.

Мой начальник Влад.

В одном только полотенце на бедрах.

Я застываю посреди прихожей как статуя. Моргаю, надеясь, что это галлюцинация от похмелья. Но нет — он все еще здесь, и он все еще почти голый.

Вода блестит на его плечах, капельки медленно скатываются по груди, по идеальному прессу… Черт, когда он успел так накачаться? Мне кажется, он всегда на работе. Полотенце висит опасно низко, держится на честном слове и силе притяжения. Темные волосы мокрые, взъерошенные. Он выглядит как модель с обложки мужского журнала. Только вживую. В моей квартире. Полуголый.

Щеки начинают гореть. Надеюсь, он спишет это на похмелье.

Влад замечает меня и приподнимает бровь. На губах появляется та самая его фирменная полуулыбка — спокойная, уверенная, немного насмешливая.

— Привет. Не думал, что ты так рано вернешься.

Пытаюсь что-то сказать, но горло пересохло. Откашливаюсь.

— Я… я тоже не думала, что ты будешь… тут… в таком виде.

Он пожимает плечами. Мышцы на его плечах двигаются, и я заставляю себя смотреть в потолок. На люстру. Куда угодно, только не на него.

— Мы с Лерой только недавно встали… Ночью она предложила поехать сюда, — говорит он таким тоном, будто объясняет квартальный отчет. — Я не возражал.

— Лера? — переспрашиваю и тут же вижу, как из ванной выглядывает моя лучшая подруга. Тоже в полотенце. Волосы мокрые, на лице виноватая, но довольная улыбка.

— Приветик, — машет она мне рукой.

— Привет, — выдавливаю я, чувствуя себя лишней в нашей квартире.

Лера хихикает, прикрывая рот ладошкой, как делает, когда смущается. Потом выпаливает:

— Ань, прости! Я соблазнила твоего начальника. Ты же не злишься?

Стою. Перевариваю информацию. Мой мозг, и так работающий на половинной мощности после вчерашнего, окончательно зависает.

А потом начинаю смеяться. Сначала тихо, потом громче. Это нервное, но искреннее. Потому что вся ситуация — абсурдная и одновременно… правильная?

— Нет, — качаю головой, вытирая выступившие от смеха слезы. — Не злюсь. Совсем.

Влад внимательно смотрит на меня. Изучает. Наверное, ищет признаки истерики или скрытой обиды. Но их нет.

— Ань, послушай... — начинает он, но я поднимаю руку, останавливая.

— Влад, давай начистоту? — подхожу ближе, чувствуя странную легкость. Как будто камень с души свалился. — У нас с тобой все равно бы ничего не вышло. Мы оба это знаем. Если бы я встретила тебя немного раньше… может быть. Но не сейчас. Сейчас… Впрочем, это не важно…

Он молчит. В его темных глазах нет обиды — скорее понимание. Принятие.

— Амир или Марат? — спрашивает он прямо, без обиняков.

Улыбаюсь, чувствуя, как щеки снова розовеют, но уже по другой причине.

— А есть разница?

Он усмехается, качает головой.

— Для тебя, похоже, нет, — пауза. — Надеюсь, это не значит, что ты уволишься? Ты лучший помощник, который у меня был.