Книга ( Не ) вспоминай меня, страница 56 – Екатерина Котлярова

— Попробуете? — спрашивает Саша, и в ее голосе звучит легкое волнение.

Дед первым подходит к столу и, не дожидаясь, пока пирог разрежут, отламывает кусочек от края.

— Вот это да, — говорит он, подмигивая краснеющей Саше. — Золотые руки у тебя, внучка.

Я разрезаю пирог и кладу по кусочку себе и Саше. Но малышка отказывается есть, просится в ванную. Показываю ей, где принять душ, а сам возвращаюсь на кухню. Обнаруживаю, что дедушка съел больше трети пирога.

— Вкусно! — говорит довольно.

И я с ним соглашаюсь. Сам не замечаю, как вновь и вновь тянусь за добавкой, пока пирог не заканчивается.

Саша заходит на кухню спустя двадцать минут. В моей футболке и шортах, с намотанным на голову полотенцем. Босая.

Весь мир сужается до её румяного лица. До огромных голубых глаз. Я шарю взглядом по её фигуре, пытаюсь охватить полностью. С ног до головы. Впитать в подкорку сознания этот образ.

Домашняя. Родная. Моя.

Я не замечаю, как мы остаёмся на кухне одни. Подхожу к девушке будто заворожённый. Подхватываю под бёдра, усаживаю на край стола. Устраиваюсь между раздвинутыми ногами. Беру лицо в колыбель из ладоней и поцелуями начинаю покрывать лицо. Я хочу прикасаться к ней. Пробовать её кожу на вкус.

Вдыхать запах.

Стягиваю полотенце с головы, носом зарываюсь в мокрые волосы, пахнущие вишней и свежестью. Трусь носом. Саша запрокидывает голову назад, затылком упирается в ящик позади, предоставляя мне больше доступа. Целую её тонкую шейку, чуть прикусываю кожу, провожу по ней языком. Наслаждаюсь вкусом, разливающимся на языке. Спускаюсь ниже, на ключицы.

Саша вздрагивает на каждый поцелуй, дышит всё чаще. Худые ноги обхватывают мои бёдра, а с её губ срывается моё имя.

Я заглядываю в глаза девушки, вижу в них столько чувств, что меня просто отправляет в нокаут.

— Моя, — шепчу, целуя в губы. — Ты моя, Саша.

— Твоя, — подтверждает с готовностью, нежно и отзывчиво улыбаясь.

Но грохот чего-то тяжёлого в доме заставляет меня отстраниться и побежать смотреть, что случилось.

— Всё в порядке, молодёжь. Просто альбом уронил, — кричит с улыбкой в голосе дед из своей комнаты, когда я выскакиваю в коридор.

Я возвращаюсь на кухню и вижу красного Воробушка. Она уже сползла со стола и отвернулась к окну, в смущении мнёт в руках полотенце. Я подхожу со спины, целую в макушку и хрипло шепчу:

— Пойдём спать, Воробушек.

Беру её за руку, переплетаю пальцы вместе. Чувствую, как она дрожит. Веду в спальню, чувствуя, как сам начинаю дико волноваться. В комнате сбрасываю одежду, остаюсь в одних боксёрах. Падаю на кровать и похлопываю ладонью рядом.

Саша ныряет под одеяло, прижимается ко мне всем телом. Кладёт голову мне на плечо, чуть возится, устраиваясь поудобнее.

— Спасибо, Ром.

Оставляет поцелуй у сердца и замирает. Спустя пять минут понимаю, что она уснула. Улыбаюсь. Рассматриваю расслабленное лицо и чувствую себя самым счастливым. Моя. Я накрываю нас одеялом и тоже проваливаюсь в сон.

Сейчас

Александра

Я смотрю на Рому, который закончил свой рассказ и спокойно ведёт машину по направлению к торговому центру. Он говорил, а в моём мозгу ярко вспыхивали картинки.

— Я вспомнила, — говорю ему тихо.

Рома улыбается уголками губ и кивает. Я сама нахожу его руку и переплетаю наши пальцы. И он мне это позволяет. Не одёргивает. Не убирает. Напротив. Сжимает мои пальчики.