Книга До последней строки, страница 131 – Джулия Хэнли

Наконец спустя десять минут к дому с громким гулом подъезжает машина и останавливается почти у двери. Из нее кто-то быстро выходит, и я так же бегу навстречу, чтобы крепко обнять любимого, только на пороге появляется не он, а другой мужчина.

— Простите, сеньора Идальго! Я Самюэль — водитель Энцо, меня послал Колин Абацо — его врач, — сбиваясь, кричит он.

Его состояние ясно говорит о том, что случилось нечто ужасное, а дальнейшие слова погружают меня в леденящий ужас.

— Ваш супруг в больнице.

— Как? — спрашиваю я, теряя опору под ногами.

— Мы были на встрече, и после подписания контракта у Энцо началось внутреннее кровотечение, — вскрикивает он, подхватив меня.

— Боже, я должна быть с ним! — говорю я и выбегаю из дома, позабыв надеть туфли, но водитель оказывается очень чутким и, взяв их, открывает передо мной дверь автомобиля.

— Меня попросили привезти вас, чтобы подписать какие-то бумаги, — продолжает он, сев за руль.

— Какие бумаги? — спрашиваю я, схватив его за руку.

— Не знаю, я не разбираюсь в этом, сеньора.

Самюэль говорит про бумаги, и в голове сразу возникает стопка документов, которые положено подписать жене умершего, чтобы осознать тяжесть бремени, свалившееся на ее плечи.

Нет! Я не верю в это! Эван должен жить…

— Он жив? — тихо спрашиваю я, смотря в окно. — Скажите правду.

— Когда я уезжал, Энцо был в реанимации. Но большего я не знаю, простите. Вскоре мы приедем в больницу, это недалеко отсюда, и вы сами все узнаете у сеньора Абацо.

Главное, не услышать самого страшного, потому что в этом случае я не знаю, как смогу жить дальше.

Весь путь проходит в сплошном тумане. Мимо проплывают узкие улицы и запахом свежей краски напоминают о том, что на острове началась другая жизнь. Улыбки костианцев сопровождают наш автомобиль повсюду, но я больше не вижу всеобщего праздника, потому что для меня он грозит превратиться в траурную процессию, если Эван не выдержит нового испытания.

Очертания больницы появляются перед нами, как только машина делает резкий поворот и въезжает в высокие железные ворота. Среди глухого забора они выглядят как вход в потусторонний мир, ведь вокруг нет ничего живого. Обугленные стволы деревьев возвышаются над выжженной травой, редкие кусты скорее похожи на перекати-поле, а несколько зеленых пальм у входа в большое серое здание создают впечатление, что их посадили недавно, чтобы хоть как-то скрасить этот безрадостный вид.

— Что здесь произошло? — спрашиваю я, рассматривая разбитые ступени, которые наспех латают несколько мужчин.

— Пару дней назад на больницу напали бандиты. Они хотели сделать из нее крепость, забросали территорию зажигательными смесями, но, к счастью, не сумели прорваться внутрь.

— А если это повторится? — дрожащим голосом спрашиваю я.

— Маловероятно, сеньора. Это были остатки сторонников Хосе. Сейчас они либо мертвы, либо сидят в тюрьме, — уверяет Самюэль. — Здесь хорошие специалисты. Ксавьеро годами собирал их и помогал с ремонтом здания из личных средств. К тому же он позвал еще несколько врачей с материка и из Европы. Не беспокойтесь.

— Если бы я могла, — протягиваю и выбегаю из машины, как только водитель останавливает ее у крыльца.

Внутри все выглядит не так мрачно, как снаружи: аккуратно выкрашенные бежевые стены, ровный потолок и чистая плитка на полу на миг возвращают меня в Глейнвил, где больницы выглядят примерно так же. Этот вид вселяет надежду, что здесь и правда могут помочь Эвану, и мы не потеряем время, оставляя его на острове.