Онлайн книга «Чужой бумеранг»
|
— Он умер? Кирилл… умер? – ее голос был хриплым, еле слышным. — Он… он смог выбраться в пристройку, там не было огня… но… ему не хватило времени, чтобы выйти на улицу… Он лежал совсем рядом с выходом… Лена снова потеряла сознание… Люди молча подошли к телу Кирилла. Женщины плакали, закрывая лица руками, мужики украдкой вытирали лица, делая вид, что это не слезы, а дым режет глаза. Он лежал перед ними на траве, раскинув руки. Лицо и волосы были покрыты копотью. Огонь совсем его не тронул, будто пощадил. Казалось, что вот сейчас он откроет глаза, сядет, привычно откинет назад волосы и, подмигнув, спросит: — Ну, что тут за митинг? Как такое могло случиться? Как?! Еще час назад в этом мире жил веселый, энергичный, сильный и красивый молодой человек, в котором кипела жизнь, бурлили страсти. Он приехал сюда, как в ссылку – пересидеть, переждать и поскорее сбежать при первом удобном случае… Но, задержавшись поневоле, он не только изменился сам, но и повлиял на жизни многих вокруг… Всего за несколько месяцев. Он приехал к ним чужим, инородным, как мерседес на тракторную стоянку, но сумел стать им своим. Родным. Близким. Сумел найти невидимый путь в их сердца и души. Парень, который, наконец, решил, что может и хочет изменить свою привычную жизнь, сейчас – просто холодное, бездыханное тело на траве. Люди молчали, никто не мог издать ни звука. Общее горе было настолько безмерным, настолько внезапным и глубоким, что слова застревали в горле, не хотелось ничего говорить, хотелось только выть, как раненый волк, от бессилия и дикого ужаса. В этой жуткой, давящей тишине слышны были лишь зловещий треск умирающего дома да резкие, отрывистые голоса пожарных. — Пропустите меня к нему, – раздался из-за спин стоящих слабый голос Лены. — Нет, не надо, не ходи, не смотри. Запомни его живым, – кто-то из мужчин осторожно, но настойчиво остановил ее. Бережно взял за плечи, развернул и медленно повел прочь. Лена не сопротивлялась. Она не видела, с кем и куда шла, двигаясь, как безвольная кукла, опустив руки, механически переставляя ноги. До ее сознания еще окончательно не дошел весь жуткий, непостижимый смысл произошедшего. Настоящий страх, леденящий ужас, безысходное отчаяние накроют ее завтра… Люди смотрели им вслед. — За что им это?! За что, Господи, за что-о-о?! – выла баба Нюра, не обращаясь ни к кому конкретно. Словно эхом откликнулось в ней собственное, зализанное временем, горе. Оно рвалось наружу, вспарывая душу изнутри. Острыми когтями вскрывая старые раны… Спотыкаясь, она побрела вслед за Леной. Сгорбленная своим и ее горем. Сейчас главное – быть рядом. Просто быть. Обнять свою девочку, защитить от всего мира, прижать к себе, как маленькую. Шептать, напевать старую колыбельную, чтобы истерзанное, кровоточащее сознание Лены ухватилось хоть за что-то и не рухнуло в черную бездну безумия… Всё остальное – потом… Баба Нюра знала это по себе… Она не оставит, как оставили ее саму когда-то, наедине со страшным горем. Она – не бросит и будет рядом столько, сколько понадобится. Она вытащит Лену из этого ада, зубами, когтями, любой ценой… Вытащит… Она отмолит ее у судьбы, отшепчет, не зря бабка-знахарка учила. — Девочка моя, девочка, ты только держись, милая, ты только держись, – шептала баба Нюра, глотая соленые слезы. |