Книга Мальчик, страница 3 – Лера Титова

Она вскрикнула.

— Тише, — сказал он.

— Не могу.

— Можешь.

Он начал двигаться. Быстро. Ритмично.

Кровать скрипела. Изголовье стучало о стену.

Она вцепилась в его плечи. Ногтями. До крови.

— Смотри на меня, — сказал он.

— Смотрю.

— Не закрывай глаза.

— Не буду.

Она кончила. Громко. Отчаянно.

Он не остановился.

— Ещё, — потребовал он.

— Не могу.

— Можешь.

Она кончила снова.

Он — следом.

Упал на неё, тяжело дыша.

— Ты мой, — сказала она.

— Я ничей.

— Докажи.

Он перевернулся на спину. Посмотрел в потолок.

— Я не мальчик, — сказал он.

— Нет.

— Я не мужчина.

— Нет.

— А кто?

— Оружие.

— Чьё?

— Моё.

Он повернулся к ней.

— Тогда нацель меня, — сказал он. — И я убью.

Она усмехнулась.

— Убьёшь.

— Кого?

— Врага.

— Где он?

— Узнаешь.

Она встала. Накинула халат. Подошла к окну.

— Оставайся, — сказала она. — Утро покажет.

— Что?

— Кто ты.

Он остался.

Он проснулся оттого, что её не было рядом.

Микеле открыл глаза. Потолок был чужим — старым, с трещинами, с пятнами сырости. Комната пахла лавандой, табаком и сексом. Простыня сбилась, открывая его голое тело. На плече — красные полосы от её ногтей. Он провёл по ним пальцем. Больно. Приятно.

Он сел на кровати. Осмотрелся.

Виолетта стояла у окна. Курила. На ней была его рубашка — белая, большая, сползающая с плеча. Волосы распущены. Босиком.

— Ты не спишь, — сказал он.

— Нет.

— Который час?

— Шесть.

— Ты смотрела на меня?

— Да.

— Долго?

— Час.

— Это creepy.

— Я знаю.

Она повернулась к нему. Затянулась. Выдохнула дым.

— Ты красиво спишь, — сказала она.

— Я не сплю красиво.

— Спишь. Как ребёнок.

— Я не ребёнок.

— Докажи.

Он встал. Голый. Подошёл к ней. Взял сигарету из её рук. Затянулся.

— Теперь ты куришь, — сказала она.

— Теперь — да.

— Понравилось?

— Нет.

— Тогда зачем?

— Чтобы ты не думала, что я слабый.

Она усмехнулась. Забрала сигарету.

— Ты не слабый, — сказала она.

— А кто?

— Голодный.

Он смотрел на неё. На её лицо — без макияжа, бледное, с тёмными кругами под глазами. На её губы — красные даже без помады. На её руки — тонкие, с длинными пальцами, с синяками на запястьях.

— Откуда у тебя синяки? — спросил он.

— Не твоё дело.

— Моё. Ты моя женщина.

— Я ничья.

— Теперь — моя.

Она смотрела на него.

— Ты самоуверен, — сказала она.

— Я голоден.

— Чем ты голоден?

— Тобой.

Она затушила сигарету. Подошла к нему. Встала вплотную.

— Докажи, — сказала она.

— Как?

— Как хочешь.

Он взял её за талию. Притянул к себе. Поцеловал. Не в губы — в шею. Медленно. Влажно. С языком.

Она застонала.

— Тише, — сказал он.

— Не могу.

— Можешь.

Он подхватил её на руки. Отнёс на кровать. Бросил.

— Ты грубый, — сказала она.

— Я голодный.

Он лёг на неё сверху. Раздвинул её ноги. Вошёл. Медленно. Глубоко.

Она вздохнула.

— Смотри на меня, — сказал он.

— Смотрю.

— Не закрывай глаза.

— Не буду.

Он начал двигаться. Ритмично. Глубоко.

Она вцепилась в его плечи.

— Быстрее, — прошептала она.

— Не могу.

— Можешь.

Он ускорился.

Она кончила. Громко. Отчаянно.

Он — следом.

Упал на неё, тяжело дыша.

— Ты моя, — сказал он.

— Я твоя.

— Навсегда?

— Не знаю.

— Врёшь.

— Да. — Она обняла его. — Навсегда.

Они лежали в тишине.

Солнце поднималось за окном.

Она приготовила завтрак.

Яичница, хлеб, кофе. На стол поставила две тарелки.

— Ешь, — сказала она.

— Я не голоден.