Книга Мальчик, страница 6 – Лера Титова

— Ты думаешь, — сказала Виолетта.

— Всегда.

— О чём?

— О них.

— О ком?

— О тех, кого я убил.

— Забудь.

— Не могу.

— Научишься.

— Как?

— Не думай.

— Не получается.

Она повернулась к нему. Положила руку на его грудь. Пальцы холодные, длинные, с обломанными ногтями.

— Ты впервые убил, — сказала она.

— Да.

— Первый раз всегда тяжело.

— А второй?

— Легче.

— А третий?

— Привыкаешь.

— А четвёртый?

— Не замечаешь.

Он смотрел на неё.

— Ты убивала, — сказал он.

— Да.

— Сколько?

— Достаточно.

— Не жалеешь?

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Она убрала руку. — Жалею.

— О ком?

— О первом.

— Почему?

— Он был невиновен.

— Тогда зачем убила?

— Он должен был умереть.

— Кто сказал?

— Я.

Он повернулся к ней. Посмотрел в глаза. В темноте они казались чёрными. Пустыми.

— Ты страшная, — сказал он.

— Я знаю.

— Почему ты со мной?

— Потому что ты не боишься.

— Боюсь.

— Но не уходишь.

— Не могу.

— Почему?

— Не знаю.

Она усмехнулась. Горько.

— Ты честный, — сказала она.

— Я глупый.

— Это одно и то же?

— Нет. Глупый не понимает. Честный понимает, но не врёт.

— А кто ты?

— Не знаю.

Она придвинулась ближе. Её грудь коснулась его руки.

— Я хочу тебя, — сказала она.

— Сейчас?

— Сейчас.

— Только что был секс.

— Этого мало.

— Тебе?

— Нам.

Он не ответил. Не пошевелился. Лежал, смотрел в потолок.

— Ты злишься? — спросила она.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Он повернулся к ней. — Злюсь.

— На что?

— На то, что ты не сказала, кто он.

— Кто?

— Марчелло. Он не просто враг. Он кто-то ещё.

— Почему ты так думаешь?

— Ты дрожала, когда говорила о нём.

— Я не дрожала.

— Дрожала.

— Врёшь.

— Да. — Он взял её за руку. — Дрожала.

Она молчала.

— Он был твоим любовником? — спросил он.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Она выдернула руку. — Был.

— Когда?

— После смерти мужа.

— Зачем?

— Я была одна.

— Ты не одна.

— Теперь — не одна.

Он смотрел на неё.

— Ты использовала меня, чтобы убить его, — сказал он.

— Да.

— За что?

— Он избивал меня.

— Долго?

— Год.

— Почему не ушла?

— Не могла.

— Могла.

— Не хотела.

— Почему?

— Боялась.

— Чего?

— Что он убьёт меня.

— Он убил бы?

— Да.

— А теперь?

— Теперь — нет.

Он протянул руку. Коснулся её щеки.

— Ты больше не одна, — сказал он.

— Знаю.

— Я не уйду.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она заплакала.

Впервые.

Без звука. Без всхлипов. Просто слёзы текли по щекам.

Он не вытирал. Не говорил «не плачь». Просто смотрел.

— Я люблю тебя, — сказала она.

— Ты не можешь. Ты меня не знаешь.

— Знаю. Ты — Микеле. Младший сын. Ты убил человека. Ты плачешь ночью, но не показываешь это днём. Ты боишься, но не отступаешь.

— Этого недостаточно.

— Достаточно.

— Для чего?

— Чтобы любить.

Он смотрел на неё.

— Ты странная, — сказал он.

— Я знаю.

— Я не люблю тебя.

— Врёшь.

— Да. — Он вытер её слёзы. — Люблю.

— Скажи.

— Я люблю тебя, Виолетта.

Она поцеловала его.

— Спи, — сказала она.

— Я не сплю.

— Сегодня поспишь.

— Почему?

— Потому что я рядом.

Он закрыл глаза.

И заснул.

Виолетта смотрела на него.

На его молодое лицо.

На его губы — приоткрытые, влажные.

На его руки — которые сжимали её даже во сне.

— Ты мой, — прошептала она.

Он не проснулся.

Но его руки сжались крепче.

Она закрыла глаза.

И уснула.

Они вошли в особняк под утро.

Микеле держал Виолетту за руку. Не прятал. Не стеснялся. Вёл её через главный вход, через холл с портретами предков, мимо охраны, которая вытаращила глаза. Она шла рядом — чёрное платье, красные губы, спокойное лицо. Ни страха. Ни сомнений.