Книга Твоё сломанное чудовище, страница 122 – Евгения Ник

Сортировщик

Сажусь на край матраса. Он тяжело прогибается под моим весом, и Ильма сразу переворачивается на другой бок. Одеяло сползает вниз, открывая мне её попку в тонких трусиках телесного цвета. Если не вглядываться, то на первый взгляд может показаться, что она вообще без нижнего белья и это заводит меня до дрожи.

Протягиваю руку, плавно, неторопливо провожу ладонью по её бедру. Кайфую от того, какая у неё бархатная кожа. Ни одного изъяна. Наглею, скольжу пальцами выше, обхватываю грудь, сжимаю её в ладони. Вершинка мгновенно твердеет под моим большим пальцем. Улыбаюсь. Тянусь и прикусываю её прямо через ткань. Зайка тихо вздыхает сквозь сон, но всё ещё не просыпается.

Придвигаюсь ближе, прижимаюсь губами к её уху и шепчу едва слышно, чтобы не напугать:

— Иль… Спишь?

Отстраняюсь. Смотрю на её лицо.

Ноль реакции.

И, по-хорошему, надо бы отъебаться и дать ей дальше спать, но я слишком долго её не видел.

Осторожно, но уверенно кладу руку ей на плечо, тяну на себя, переворачивая на спину. Теперь она лежит передо мной полностью открытая – ноги слегка раздвинуты, моя футболка задралась почти до талии.

Я знаю, что она перевезла свои вещи. Но она всё равно спит в моей футболке.

И мне это чертовски приятно. Даже слишком. Моя тёмная, собственническая часть получает удовлетворение от того, что она бессознательно выбирает моё, а не своё.

Как же я обожаю её.

Спускаюсь ниже. Укладываю ладонь между её бёдер. Медленно поглаживаю пальцами свою девочку между складочками, прямо поверх тонкой ткани. И буквально через минуту чувствую, как ткань становится влажной. Это ещё одно подтверждение – даже во сне её тело открывается мне. Кровь мгновенно закипает и приливает в пах тяжёлой, обжигающей волной. Член тут же дёргается от желания, становясь ещё твёрже.

На уровне плоти мы давно с ней договорились. Если вообще не с самого начала. Осталось только заставить её, наконец, сдаться мне полностью.

— Зайка… Просыпайся. Я уже еле держусь.

Наклоняюсь и долго целую её в висок. Потом провожу носом по щеке, спускаюсь к уголку губ. Удивительно, но она всё ещё пахнет чистотой и невинностью.

— Зай… Я дома, – выдыхаю прямо в её кожу. – Ты просила меня вернуться, чтобы динамить? – усмехаюсь. – Иль…

Её ресницы вздрагивают. Она что-то невнятно бормочет и начинает шевелиться, но я не даю ей снова повернуться на бок.

Смело ныряю пальцами под резинку трусиков. Ласкаю её. Каждое движение мягкое, тягучее. Я провожу по чувствительному местечку вниз. Потом вверх. Обвожу его по кругу. Надавливаю. С губ Зайки срывается тихий стон.

— Проснись, – говорю уже не шёпотом, но всё ещё тихо. Целую её шею, покусывая кожу.

— Сожру тебя, если не проснёшься, – бросаю со смешком и сразу втягиваю в рот мочку её уха.

Наконец, глаза Ильмы резко распахиваются. Широко. Дико. Она вздрагивает и смотрит на меня так, будто я только что материализовался из её самого страшного кошмара.

— Ким?

Закрываю её рот поцелуем. И теперь смело скольжу ниже, начиная трахать её пальцами. Заставляя тело предавать её и отзываться на меня.

— Соскучилась? – спрашиваю, отлепившись от неё. – Я очень. Ну… Как видишь.

Молчит. Только дыхание становится прерывистым, а щёки покрываются румянцем, который я даже в темноте вижу.