Книга Твоё сломанное чудовище, страница 119 – Евгения Ник

Долго думаю. Серьёзно. Не меньше получаса. И всё же… отправляю Акиму.

Сижу, трясусь, как желе. Жду заветные две галочки о прочтении. И когда они окрашиваются в зелёный, клянусь, взвизгиваю то ли от счастья, то ли от страха.

Ответ прилетает через десять секунд:

Аким: Красиво.

И всё. Точка.

Я смотрю на это короткое слово и чувствую, как внутри меня всё трещит, рвётся, лопается. Ярость, обида, тоска – всё смешивается в какое-то грязное месиво. Совершенно не праздничное.

Не выдерживаю.

Набираю его номер и прижимаю телефон к уху. Гудки идут. Один. Второй…

Сердце колотится так, будто хочет вырваться из груди.

— Да? – он отвечает спокойно, почти равнодушно.

Сортировщик

— Следующая, – бросаю, не поднимая глаз от экрана ноутбука.

Дверь открывается. Заходит девчонка лет девятнадцати. Длинные светлые волосы, слишком кричащий макияж, короткая юбка, сапоги со сбитыми носами. От неё противно пахнет сладким парфюмом и электронкой с отвратительным ягодным вкусом.

Она садится, кладёт ногу на ногу и сразу начинает улыбаться – заученно, как на кастинге в модельное агентство.

— Приве-е-ет, — тянет низким голосом.

Не говоря ни слова, смотрю на неё секунд десять. Она выдерживает взгляд, но пальцами всё равно нервно теребит край юбки.

— Имя? — спрашиваю равнодушно.

— Виктория.

— Расскажи, Вика, зачем ты сюда пришла.

Она начинает заливать стандартную историю про “хочу независимости и оплатить учёбу”.

Киваю, будто слушаю.

На самом деле мне похуй на её слова. Я смотрю, как она держит спину, как часто моргает, как пытается казаться сексуальной, при том, что я всем видом показываю, как мне поебать на неё.

— Сними трусики, — говорю спокойно, прерывая её на полуслове.

Она замирает. Улыбка сползает.

— Прямо здесь?

— Прямо здесь. И покажи мне, насколько ты хочешь финансовой независимости.

Девчонка немного колеблется, но потом встаёт, быстро задирает юбку, стягивает с себя капроновые колготки и чёрные кружевные трусы и кладёт их на стол передо мной. Плюхается в кресло. Смотрит вызывающе.

Я даже не смотрю вниз. Мне интереснее её лицо.

— Раздвинь ноги.

Она делает.

Подаюсь вперёд, концом ручки цепляю её дешёвое бельишко и сбрасываю на пол.

— Достаточно. Можешь одеваться.

Она быстро натягивает трусы и колготки обратно, уже без улыбки.

— По коридору налево, третья дверь.

Там её научат работать с “богатыми папиками”. Правильно флиртовать. Вытаскивать из них деньги так, что они будут делать это добровольно – ещё и довольными останутся.

Вика немного растерянно кивает и выходит.

— Серый, запускай следующую.

Эта совсем другая. Тощая коротышка, с короткой стрижкой и огромными испуганными глазами. Выглядит так, будто её только что вытащили из детского дома.

— Имя?

— Маша, — почти шёпотом.

— Расскажи мне немного о себе.

Она не врёт про тяжёлую жизнь. Это видно сразу. Рассказывает про долги, про то, что её выгнали из общежития, про то, что готова “делать что угодно, лишь бы вылезти из этой ямы”. Голос срывается каждые несколько слов.

— Ситуация: дед с кучей болячек, последние пять лет живёт впроголодь, копит на похороны. Твоя задача – забрать у него эти деньги. Ты готова это сделать или совесть не позволит?

— Что?..

Маша бледнеет. Губы дрожат. Она явно хочет встать и убежать, но остаётся сидеть, вцепившись в край стула.