Книга Когда небо обращается в пепел, страница 113 – Нин Горман, Матье Гибе

— В этом-то я не сомневаюсь, – хохочет она, явно меня подначивая.

— Ой, вы только послушайте эту опытную девицу.

— Хочешь, чтобы тебе снова припомнили фаршированных индюшек? Тут все поражаются, как тебе удалось заполучить такую чудесную девушку, как Скай.

Я и сам знаю, как мне повезло ее встретить. Потому что в итоге она оказалась единственным, что заставляет меня цепляться за эту чертову жизнь.

Несколько минут мы ничего не говорим. Джессика предлагает мне еще сигарету, я с наслаждением закуриваю, и мы дышим свежим ночным воздухом.

— Ты не дурак, Эш. И ты мне нравишься, – наконец говорит она. – Ты вовсе не такой, каким тебя считает мой тупой старший брат.

Я развожу руки в сторону, приглашая ее обняться, но готовый к тому, что она откажется. А Джессика прижимается ко мне и, кажется, вытирает слезы о мою рубашку.

— Станет легче, вот увидишь.

— Ты ведь и себя пытаешься в этом убедить, да?

— Желание верить в это – первый шаг, Джесс.

В душе еще шумит вода, когда я забираюсь под одеяло. Перед глазами стоит Эш, который стаскивает с себя костюм так резво, будто ему за шиворот опилок насыпали. Представляю, как он тщательно намыливается, чтобы избавиться от последних следов элегантности, оставленных этим нарядом.

В комнату он возвращается с мокрыми волосами и полотенцем, обернутым вокруг бедер. Забавная картина, если принять во внимание рождественские украшения на стенах, которые сопровождают его всю дорогу до комода.

— Не устал?

— Да я полон сил! – шутит он.

Эш ложится рядом со мной, мы оба переворачиваемся на бок и смотрим друг на друга в полумраке. Погладив мою нижнюю губу большим пальцем, он наклоняется меня поцеловать.

— Ты хорошо провела вечер?

— У меня был Сочельник как в кино! Я в полном восторге. Я всегда думала, что недолюбливаю Рождество, а оказалось, я просто ни разу не встречала его в хорошем месте с хорошими людьми. Эш, я хочу, чтобы у нашей девочки тоже такое было: чудесные воспоминания, семья возле елки.

Он берет мою руку и целует.

— Обещаю: все у нее будет.

Эш поворачивается так, чтобы я могла к нему прижаться. Я кладу голову ему на грудь и слышу, как бьется его сердце. Лучшая музыка для моих ушей. Он гладит меня пальцами по спине, и я уже чувствую, как Морфей открывает мне свои объятия, когда голос Эша вдруг возвращает меня на землю.

— Ты бы хотела познакомиться с родителями Зака?

Вопрос настолько неожиданный, что сперва я думаю, будто он мне приснился. Я сажусь на кровати, а Эш привстает на локтях, чтобы лучше меня видеть. Свет луны, просачивающийся сквозь занавески, отражается в его глазах. Они как-то влажно блестят. Нет, это не игра моего воображения, я все правильно расслышала. Ох, Эш…

— Я думала, ты не хочешь к ним идти.

— Я тоже так думал. Потому что я отнял у них Зака и не могу простить себя за это.

Каждый раз мы возвращаемся к смерти его друга, в которой Эш винит себя. Мне кажется, вся его жизнь крутится вокруг этого чувства.

— Эш, я тебе уже говорила: ты его не убивал. И если нужно, я буду повторять это снова и снова.

Мои слова звучат эхом тех, что я произнесла на кладбище. Мне остается лишь надеяться, что с того дня мы оба продвинулись вперед – и подошли чуть ближе к секретам, которые он хранит глубоко в своей душе, позволяя пожирать себя изнутри. И сейчас мне кажется, что он готов открыться.