Книга Вакцина любви, страница 122 – Дейдра Дункан

— А тебя бы это беспокоило? – прерывает мое молчание Алеша. – Если бы ваши отношения стали достоянием общественности, в то время как люди судачат о том, что она спит с другими?

Мы подходим к моему пикапу. «Приус»^[117] Алеши припаркован на четыре места дальше, но она садится на мой бампер.

Я бросаю сумку на землю.

— У меня есть наивная надежда, что со временем сплетни утихнут. Но да, меня это беспокоит. Всегда раздражало, что ей приходится с этим сталкиваться. А тебя это не злит?

Алеша поджимает губы и смотрит на землю у моих ног.

— Грейс всегда говорила, что ей все равно.

— Поверь мне, это не так.

Она внимательно изучает меня.

— Для тебя это не просто интрижка, верно?

Я фыркаю и наклоняюсь, чтобы поднять сумку, делая вид, что не услышал ее вопроса.

— Джулиан.

Ее серьезный тон останавливает меня, но я не поднимаю на нее взгляд.

— Ты любишь ее? – спрашивает Алеша.

Что-то сжимает горло, лишая меня дара речи. Я бессмысленно затягиваю ремешок сумки и устремляю взгляд в небо.

— Неважно, – вздыхает она. – Глупый вопрос.

Глупый вопрос? Конечно, я люблю ее.

Настоящий вопрос в другом…

— А она любит тебя?

Алеша смотрит мне в глаза, и в ее взгляде – торжественная непоколебимость.

— Не знаю.

Она хмурит брови.

— Я думаю, она знает.

Нервное напряжение заставляет меня потянуться за жевательной резинкой. Но корица не может заглушить поднимающуюся во рту кислую тревогу.

— Почему ты так думаешь?

Алеша встает и сжимает мое плечо.

— Я вижу, как она на тебя смотрит. Как смотрела весь последний год. Эта девушка влюблена в тебя, Джуджу. Просто боится сказать.

— Да ну. – Я целую ее в щеку, стараясь придать голосу насмешливый тон. – Скорее мягко меня отшивает.

Она закатывает глаза и уходит.

— Как скажешь.

На полпути домой музыку в машине прерывает пришедшее сообщение.

Грейс: Мне сегодня нехорошо, Джулс. Может, потусуешься с парнями?

Я тут же набираю ее номер.

— Привет, милый, – мурлычет она в трубку.

Улыбка невольно трогает мои губы.

— Не похоже, что тебе плохо. Пытаешься откосить?

Грейс смеется.

— Алеша заменила мне спираль, и моя матка объявила забастовку. Направляюсь прямиком к грелке и марафону «Бриджертонов».

Ах. Причина номер четыре миллиона, почему я рад, что я мужчина.

— Бедная Сапфир. Сочувствую.

— Да ладно, переживу. Это стоит того, чтобы не беспокоиться о месячных и детях Сантини.

Детях Сантини?

Эта мысль, словно вспышка, озаряет мой разум картиной возможного будущего с ней, но я усилием воли отгоняю это наваждение.

Я забегаю слишком далеко вперед.

Натянутый смех эхом разносится из динамика.

— Оставь дверь незапертой. Я зайду попрощаться перед отъездом и уложу тебя.

— Хорошо. Пока, милый.

* * *

— Сантини! – Хор приветствий обрушивается на меня, как только я переступаю порог двора Ашера.

Вечер в самом разгаре.

Костер весело потрескивает, освещая лица парней, большинство из которых уже держат в руках напитки. Поднимаю свою бутылку пива в ответном тосте, присоединяюсь к ним и опускаюсь рядом с Максвеллом.

Он толкает меня плечом.

— Я думал, ты занят, братан.

— Передумал.

— Хорошо. – Максвелл ухмыляется. – Иногда полезно развеяться.

«Развеяться»? Звучит так, будто Грейс – тюрьма, из которой я сбежал на побывку. Да ведь она практически выпихнула меня, чтобы я немного отдохнул. Хотя я предпочел бы побыть с ней. Но, погружаясь в эту знакомую атмосферу, я ощутил, как меня накрывает волна забытого чувства товарищества.