Книга Я – твое сердце, страница 27 – Валентина Торкья

Мне вскрыли грудную клетку и вставили внутрь новое сердце.

Только сейчас я это понимаю.

Сердце бьется.

И бьется нормально. И дышу я тоже нормально. Я чувствую, что мое тело работает. Снова. Как будто ничего не случилось. Как будто все эти несколько лет у меня не было никаких проблем со здоровьем.

Мое сердце начинает биться немного быстрее. И все. Больше ничего.

Я жива.

Мое новое сердце работает.

Дальше один странный день сменяется другим.

Я много сплю.

И много ем. Все говорят, что в больницах отвратительно кормят. В общем так оно и есть, просто я и дома так же питаюсь. Уже пять лет.

Когда у тебя больное сердце, из твоего рациона удаляют все хоть сколько-нибудь вкусное. Шоколад, например. Или майонез.

Я смотрю много видео на планшете и ловлю себя на том, что подсела на дорамы. Кажется, даже немного скучаю по Кати.

У нее начались выпускные экзамены, так что она практически не выходит из дома. И разумеется, не может меня навестить.

Мы переписываемся. Точнее, я пишу, а Кати шлет мне бесконечные голосовые сообщения. Она любит болтать, когда мы одни. Забавно, что в присутствии хотя бы еще одного человека, даже Такэру, она замолкает, как на нежданном устном опросе по древнегреческому.

Такэру засыпает меня сообщениями.

Он попросил снять для него на видео палату. Как будто я тревел-блогер какой-то. Это они обычно показывают подписчикам свои номера в отелях.

«Представляете, у меня собственная ванная! Здесь все только для меня одной. Только посмотрите на эту кровать! Я могу поднимать и опускать ее с помощью пульта. И обратите внимание на звонок! Нажимаешь на него – и к тебе тут же является кто-нибудь из персонала в любое время дня и ночи. Круче, чем доставка в номер в отелях «Хилтон». Правда, мне обычно приносят лекарства, а не еду или алкоголь. И любой, кто захочет войти ко мне, должен вырядиться, как ученые из «Очень странных дел», когда исследуют Изнанку.

И все из-за отторжения.

Трансплантация прошла успешно, но пока непонятно, уживется ли мое тело с новым сердцем. Оно ведь у меня теперь инородное. Не мое. Вот меня и пичкают лекарствами, чтобы моя иммунная система не возмутилась, решив, что это сердце не имеет абсолютно ничего общего с моим телом и лучше от него избавиться.

Иммунная система не отличается сообразительностью. И если она вдруг пойдет в атаку на мое новое сердце – то есть если у меня начнется отторжение, – вполне вероятно, что мы все плохо кончим: и сердце, и иммунная система, и я. Поэтому я пью иммунодепрессанты как воду.

А еще меня надо всячески защищать от бактерий, вирусов и тому подобной дряни. Мой организм сейчас не в состоянии с ними бороться.

Вот я и сижу в почти стерильной комнате, а любой, кто в нее входит, должен быть на сто процентов уверен, что ничем меня не заразит. Так что дресс-код в этом заведении – комбинезон, перчатки и маска.

Для всех, кроме меня. Я провожу весь день в пижаме. Кто-то о таком может только мечтать.

* * *

Я недавно проснулась и только что закончила завтракать.

В дверь стучат.

Родители.

Приходят ко мне каждый день. Даже мама. Она взяла отпуск на месяц и постоянно носит мне книги из моей антибиблиотеки.

Никто, кроме Такэ, не знает, что я их не читаю.

Книги постепенно скапливаются на тумбочке рядом с кроватью.