Книга Аркадия, страница 69 – Эрин Дум

Телефон завибрировал, прервав поток моих спутанных мыслей. Я с раздражением достал его и посмотрел на дисплей. И вдруг все вокруг стихло. Мир словно исчез. Кровь застыла в жилах, мне показалось, что я вот‐вот умру. На экране высветился неизвестный номер. Сообщение – всего два слова и старая, очень старая фотография.

Неизвестный номер: «Через неделю».

— Он мне не нравится.

— Мама…

— Вы ругались. Думаешь, я не слышала? Он мне не нравится.

Я вздохнула. Солнце сияло высоко в небе, в Филадельфии выдалось прекрасное утро. Прошлой ночью я позвонила в центр, тысячу раз извинилась, и мы вместе решили, что лучше маме переночевать у меня. Ее курс реабилитации подходил к концу, но до завершения программы оставалось еще много времени, и я беспокоилась, что она этого не осознает. Но сама она, похоже, куда больше тревожилась обо мне, чем о себе.

Она приехала, потому что ей было невыносимо оставлять меня одну: наша последняя встреча разожгла в ней болезненную потребность находиться рядом, присутствовать в моей жизни любой ценой, даже в ущерб собственному восстановлению.

Мама предупредила сотрудников центра, что собирается навестить меня, но я знала: это шло вразрез с их правилами.

— Мы не ругались. Он всего лишь подкалывал меня. Я просто говорила ему, чтобы он перестал…

— Послушай, милая, – она взяла меня за руку. Мы сидели в кафе рядом с домом, откуда открывался вид на реку. – Я понимаю, почему он тебе нравится, правда. Очень привлекательный парень: высокий, с потрясающими глазами, красивое лицо… Понимаю, что тебя в нем зацепило. Но он тебя не любит – это видно. В каждой истории есть хороший герой, но в твоей – не он. Он играет с тобой, а я не хочу, чтобы ты страдала.

Сердце сжалось. Я отстранилась от нее, мне не хотелось слышать эти слова.

— Ты же даже с ним не знакома, мама… Откуда тебе знать, что он чувствует?

— Разве ты сама не говорила, что у него есть другая?

Я уставилась на нее. Если сначала мама меня поддержала, то теперь, казалось, старалась всеми силами лишить меня иллюзий. Я понимала, что разговор об Андрасе обернется критикой в его адрес, понимала, что мама желает мне добра, но все равно ее слова задели меня.

То, что произошло прошлой ночью, потрясло меня. Мне до сих пор с трудом верилось, что я сама села к нему на колени, выдержала его ярость, была к нему так близко, растворилась в нем полностью. Но я сделала это потому, что сама хотела, мне не стыдно. Пусть мы и не знали, как назвать те противоречивые и странные чувства между нами, но они точно искренние. И когда я наконец почувствовала, что он сдается, когда услышала признания, от которых кружилась голова, и увидела поражение в его глазах, я поняла: для него это значило то же самое.

— А где она сейчас? – спросила мама.

Я вздохнула и отвела взгляд.

— Не знаю, – тихо ответила я.

— Ты не спрашивала?

— Он не хочет говорить о ней со мной. Каждый раз, когда я пытаюсь поговорить на эту тему, он остро реагирует, а потом замыкается в себе. Конечно, мне любопытно, но… – Слова давались мне с трудом. – Не уверена, что и правда хочу услышать ответ.

Я изводила себя догадками о причине их разрыва, но куда страшнее было представить, что однажды она вернется. Не знаю, смогу ли выдержать, если это действительно произойдет. Встретиться лицом к лицу с той девушкой, которая перевернула мой мир даже своим отсутствием, слишком тяжелое испытание. От мысли, что он может выбрать ее, что ее возвращение перечеркнет все между нами, у меня засосало под ложечкой.