Книга Его нежная волчица, Или аконит для босса, страница 99 – Мария Токарева

— Спи, моя истинная, — нежно прошептал Игорь, целуя Полину в висок и ложась рядом.

Она вроде бы кивнула. А, может, это ей уже почудилось. Она тонула в океане нежности, не замечая, как засыпает. Помнила только его шепот:

— Моя. Только моя.

И как же она радовалась! Как же пело ее сердце наяву и во сне. От счастья, от облегчения, от того, что она больше не одна, что этот огромный, холодный мир наконец подарил ей кого-то, кто готов ее защищать.

* * *

Полина проснулась от того, что кто-то смотрит. И смотрит пристально, даже слишком пристально. Это чувство ощущалось таким острым, таким осязаемым, что Полина открыла глаза еще до того, как поняла, где находится.

Не ее комната. Не ее узкая кровать в родной квартире и даже не широкая кровать в пентхаусе. Огромная постель, пахнущая им! Истинным! И свет, сочащийся сквозь плотные бархатные шторы. Ах да! Коттедж. Родовое гнездо. Крепость. Его дом. И он рядом.

Игорь.

Он сидел в кресле напротив кровати — уже одетый, в темных брюках и белой рубашке с закатанными рукавами. В руках он держал чашку с кофе, от которой уютно поднимался легкий пар. На лице его застыло выражение, которого Полина не могла расшифровать. Смесь сытости, удовлетворенного собственничества и чего-то еще... неприятного. Отстраненного? Будто он уже жалел о том, что случилось ночью. Да и в офисе.

— Доброе утро, — сказал Игорь, и голос его был низким, без тени той сладостной хрипотцы, что переливалась в нем ночью.

Полина попыталась сесть и тут же замерла. Каждое движение отзывалось ноющей болью в мышцах. Внизу живота тянуло глухим напоминанием о вечере и ночи бурной страсти. Она вспомнила все. Стекло. Его зубы на «загривке», довольный стон, собственный и волчицы. В большей мере волчицы. Кажется, накануне ведущую роль взяла на себя именно волчица, а теперь проснулась просто… Полина. Которая не могла поверить в то, что все случилось вот так. В то, что она позволила себе перейти черту невозвращения к прошлой жизни. Хотя какая там ждала «обычная» ее жизнь? Пожалуй, и возвращаться-то было не к чему.

И все же… их брак однозначно перестал считаться «фиктивным». Краска прилила к щекам. Полина невольно потянула одеяло выше, ведь под ним была совершенно нагой.

«Хоть бы сказал что-то… хоть бы рассмеялся. Неужели он тоже жалеет о том, что мы нарушили контракт?» — Она смотрела на Игоря сквозь полуприкрытые веки, стараясь угадать, о чем он думает. Но лицо его застыло непроницаемой деловой маской. Только в глазах — в этих синих, глубоких глазах — она видела что-то, чего не замечала раньше. Не холод. Не расчет. Нет, все-таки тепло и нежность. Но зачем-то он снова прятал это за маской, и Полина не знала, как доверять своему восприятию, раз они оба все еще бежали от самих себя.

— Который час? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Полдень. Ты спала как убитая. Немудрено, после погони и всех потрясений. Я тоже недавно проснулся.

Игорь проследил за тем, как она кутается в одеяло, и уголок его губ все же дрогнул в усмешке.

— Стесняешься меня? После того, что было ночью?

Полина промолчала. Она не знала, какие правила работают эти утром. Еще недавно их связывал только контракт. А теперь… Кем же Игорь стал для нее? Неужели и правда ее мужем? А, может, просто первым любовником? Просто партнером по фиктивному браку, с которым она переспала? Он ведь мог считать и так, раз не верил в связь истинных. Да, истинная, но ничто не мешало отпустить ее через год, как они написали в договоре. Или все же… мешало?