Книга Его нежная волчица, Или аконит для босса, страница 97 – Мария Токарева

— Нравится? — спросил Игорь, заметив растерянность и заинтересованность Полины. Он стоял рядом, снимая пальто, и Полина чувствовала его тепло даже на расстоянии.

— Здесь... пахнет по-другому, — ответила она, не в силах подобрать других слов. Но воздух в этом месте и впрямь ощущался иначе. В нем, казалось, витал не только аромат Игоря, родной и манящий, а волчий запах множества альф его клана, живших здесь, оставивших свой отпечаток. Казалось, запах — или след магии — въелся в дерево, в потолок, в каждый предмет.

— Сила рода, — пояснил Игорь, вешая пальто на массивную деревянную вешалку. — Она во всем. В камне, в дереве, в воздухе. Озимому сюда не пробиться. Щит держится уже несколько столетий, его питают духи предков, и сам Велес помогает им.

— Если он существует… Надеюсь, — тихо пробормотала Полина, оглядываясь на высокие окна, за которыми сгущались сумерки.

Она не договорила. Из глубины дома, из-за тяжелой дубовой двери, вышел Борис Всеволодович. Старый альфа, казалось, похудел и словно бы иссох с их последней встречи, но держался прямо, хотя и опирался на трость. В его глазах горел прежний огонь — тот самый, который Полина видела, когда он говорил об истинности еще в первый раз. Выходит, отец Игоря оказался проницательнее и опытнее сына. Возможно, в ином случае он бы и не согласился на неравный брак.

— Приехали, — сдержанно констатировал он. — Хорошо. Комнаты готовы. Оранжерея, Полина, в восточном крыле. Можешь распоряжаться там, как хочешь. Там есть все для цветов — стеллажи, подсветка, система полива.

— Спасибо, — ответила она, удивленная такой заботой. Старый альфа кивнул, и на миг его суровое лицо смягчилось. Борис Всеволодович перевел взгляд на сына.

— Игорь, мне нужно с тобой поговорить. — Голос его стал тише. — О войне. Настоящей. Озимый не отступит, ты это понимаешь.

— Да. Возможно, он готовится к войне с другими орденами магов или мафиозными кланами, — ответил Игорь.

— И ему очень нужно превосходство в оружии. Технологии и разработки нашего рода.

Полина заметила, как изменилось лицо старого альфы, когда он смотрел на сына. Глаза его, еще миг назад светившиеся теплой заботой по отношению к невестке, сузились, рот выпрямился в жесткую линию. Однако же во взгляде читалась не тревога, а гордость. Гордость за сына, за нового главу клана. Но одновременно отражался страх. Тот самый страх, который испытывает отец, когда понимает, что его дети вступили в войну, которую он не может за них выиграть. Борис Всеволодович перевел взгляд на Полину, и на секунду ей показалось, что он хочет что-то сказать. Что-то важное. Но он только кивнул и отвернулся.

— Понимаю, — ответил Игорь. — Давай поговорим. Полина, ты пока располагайся и отдыхай.

Они ушли в кабинет, закрыв за собой тяжелую дверь. Полина осталась одна в прихожей, прислушиваясь к голосам, которые доносились из-за двери, но слов разобрать не могла. Только интонации — жесткие, тревожные, иногда срывающиеся на повышенные тона. Война. С опасным мафиози, магом льда.

«Будь проклят этот Озимый!» — с досадой подумала Полина, поднимаясь в свою комнату. Как же ей хотелось просто пожить! Рядом с Игорем. Насладиться их общи счастьем. Его крепкими объятьями, вечерами вместе. Узнать друг друга получше, научиться искренне выражать свои чувства — уже без необходимости одергивать себя, уже без приписки «фиктивная».