Книга Его нежная волчица, Или аконит для босса, страница 102 – Мария Токарева

Игорь опустился на одно колено и поцеловал Полину. Не так, как ночью — жадно и собственнически. Наоборот — медленно. С чувством, словно пробуя на вкус ее губы. Так, что Полина забыла, как дышать. Чашка выскользнула из ее пальцев, кофе пролился на ковер, но ей было плевать. Она чувствовала только его губы, его язык, его дыхание.

Игорь подхватил ее на руки, не разрывая поцелуя, и понес куда-то. Куда? Да не имело значения! Полина обвила его шею руками, прижимаясь к нему всем телом, вдыхая его запах, тая в его руках.

— Куда мы? — выдохнула она, когда он оторвался от ее губ.

— Спальня далеко, — иронично промурлыкал он. — Диван ближе.

Игорь опустил ее на кожаный диван и навис сверху, развязывая пояс ее халата. Полина смотрела на его руки — сильные, с длинными пальцами, которые еще накануне сжимали пистолет, а в это утро осторожно, почти благоговейно касались ее тела. Контраст ощущался волнующе разительным. Полина не понимала, как можно быть таким жестким и таким нежным одновременно. Как можно убивать и доставлять радость одними и теми же руками. Но, наверное, в этом и была суть всех воинов, суть Игоря.

— Скажи «нет», если не хочешь, — встрепенулся он, глядя ей прямо в глаза. — Я обещаю тебе, что всегда буду спрашивать тебя.

Полина смотрела на него и молчала. Все слова казались неуместными, поэтому она просто смотрела на этого мужчину, который еще недавно был совсем чужим, а этим утром показался холодным и отстраненным, но теперь он был нежным и страстным. И Полина не знала, что к нему ощущает. Любит ли его? Боится ли его власти?

Зато волчица все знала. Она потянулась к Игорю, и сама поцеловала его, настойчиво и жарко. Этого оказалось достаточно: он кивнул и принял ее согласие.

В этот раз все было иначе. Иначе, чем в офисе, иначе, чем ночью. Они уже совсем не спешили. Казалось, Игорь намеренно медлил, позволяя Полине в полной мере понять: он стала его! Его и больше ничьей. И он стал ее! Ее и больше ничьим!

В этот раз в их близости не осталось ничего животного. Ни спешки, ни грубости, ни боли — только сладкая, тянущая, ноющая память о ней, делающая каждое прикосновение более чувствительным, каждое движение более волнующим. И Полина тонула в этом вихре ощущений, точно ее окутывал рой ароматных лепестков.

Игорь целовал ее долго. Медленно сводил с ума — губами, языком, дыханием. Он исследовал ее тело так, будто изучал карту местности. Шея. Ключицы. Грудь. Каждое место, где ночью остались синяки, он теперь гладил целовал, будто извиняясь, будто стирая все неприятные ощущения.

— Красивая, — шептал он между поцелуями. — Самая красивая.

Полина таяла. Она не знала, что можно так — не спешить, не набрасываться друг на друга, а растягивать удовольствие. Что можно сходить с ума от того, как он дышит ей в живот, как его пальцы скользят по внутренней стороне бедра, как он раздвигает ее колени и смотрит туда... смотрит так, что хочется закрыться и раскрыться одновременно.

— Опять стесняешься? Меня? — усмехнулся Игорь, когда она машинально попыталась сдвинуть колени. И Полина приказала себе отпустить треклятый контроль, треклятую ненужную скромность.

— Нет… Игорь... — выдохнула она, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. — Пожалуйста...

— Что «пожалуйста»? — Он поднял голову, глядя на нее уже не человеческими, а волчьими мерцающими глазами. — Скажи, чего ты хочешь.