Книга Развод с драконом. Ненужная жена родового дома, страница 49 – Ангелина Сантос

Рейнар медленно поднял руку.

Не коснулся.

Остановил пальцы в воздухе рядом с ее запястьем.

— Печать горячая.

Элиана не спросила, как он почувствовал.

— Она реагирует на тебя.

— На мой огонь.

— Или на твои приказы.

Он опустил руку.

— Я не хочу быть твоим врагом.

Это было сказано так тихо, что услышали только они и дом.

Элиана посмотрела ему в лицо. Впервые не на лорда Арвендора, не на мужа, который требовал развод, не на дракона, привыкшего к власти. На мужчину, который стоял среди обломков собственных решений и не знал, как сделать шаг, чтобы не разрушить еще больше.

Ее голос стал тише.

— Тогда перестань вести себя так, будто я твоя крепость, которую нужно занять раньше врага.

Он закрыл глаза.

На мгновение в коридоре наступило что-то почти мирное.

А потом со стороны западного крыла раздался звон.

Резкий, высокий.

Стекло.

Элиана и Рейнар одновременно повернулись.

Второй звон. Третий.

Не зеркало в детской башне. Дальше.

Ее покои.

Элиана бросилась первой.

— Элиана!

— Не отставай, если хочешь защищать!

Она почти бежала по коридору. Дом зажигал свечи впереди, открывал двери, сокращал путь. Рейнар шел рядом — нет, бежал, сдерживая шаг, чтобы не обогнать ее. Это было странно заметить даже сейчас.

У дверей западного крыла Дарен уже стоял с мечом.

— Миледи! В ваших покоях что-то разбилось, но никто не входил!

— Открывай.

— Дверь не открывается.

Элиана схватила ключи.

Черный ключ сам лег в пальцы. Замочная скважина на двери ее покоев, обычная еще утром, потемнела и изменила форму. Крыло. Ключ вошел без усилия.

Дверь распахнулась.

В спальне было холодно.

Камин погас. Окна покрылись изнутри тонким серебристым инеем. На полу перед зеркалом лежали осколки стекла. Не все зеркало разбилось — только верхняя часть. Нижняя еще держалась в раме, мутная, как вода под льдом.

На темном покрывале кровати лежал белый цветок.

Один.

Лилия.

Элиана остановилась.

Рейнар вошел следом, но замер у порога. Пол под его ногой потемнел, как прошлой ночью.

Дом не хотел пускать его глубже.

— Элиана, назад, — сказал он.

Она не послушала.

— Элиана!

Цветок был живой. Не почерневший. Не осыпавшийся. Белый, безупречный, с каплей прозрачной росы на лепестке.

И лежал на ее кровати.

Не у двери. Не на столе. На кровати.

Кто-то вошел туда, куда дом не должен был пустить.

Или нашел путь через отражение.

Знак на запястье вспыхнул болью.

В нижней части разбитого зеркала пошла рябь. По мутной поверхности проступило женское лицо.

Не Аделия.

Селеста.

Только не такая, какой она ходила по коридорам. Лицо без мягкости, глаза холодные, губы сложены в тонкую линию. Она смотрела прямо на Элиану, будто расстояния между ними не было.

— Ваш дом невежлив, леди Арвендор, — произнесло отражение.

Рейнар шагнул вперед, но пол под ним почернел сильнее. Из щелей поднялся белый пар.

— Селеста, — сказал он таким голосом, что стекло дрогнуло. — Прекрати.

Отражение улыбнулось.

— Рейнар, дорогой, вы все еще думаете, что можете приказывать всему в этом доме? Как трогательно.

Элиана стояла неподвижно.

Страх был. Конечно, был. Но под ним поднималось нечто другое. Гнев. Не вспышка, не отчаянная обида, а ровное тяжелое пламя, которому не нужна драконья кровь.

— Уберите цветок с моей кровати, — сказала она.

Селеста перевела взгляд на нее.