Книга Развод с драконом. Ненужная жена родового дома, страница 119 – Ангелина Сантос

Значит, нужен другой путь.

— Черное Крыло, — сказала Элиана. — Веди к сердцу не через страх.

Стена молчала.

Печать на ее запястье стала горячей.

— Не через зеркала. Не через розы. Не через детскую башню. Через правду.

Пол в центре комнаты дрогнул.

Теон восторженно прошептал:

— Сейчас будет люк?

Магда шикнула:

— Не подсказывай дому глупости.

Дом, кажется, послушал не ее.

Ковер медленно сдвинулся в сторону. Каменные плиты под ним разошлись, открывая круглую лестницу вниз. Не черную, как запрещенный ход, а серую, с тонкими белыми прожилками. Оттуда пахнуло пеплом, яблоками и дождем.

— Яблоки, — сказала Элиана тихо.

Огонь в камине качнулся.

Лина всхлипнула и улыбнулась одновременно.

— Он правда считает, что это помогает.

— Помогает, — неожиданно сказала Мира.

Элиана повернулась.

Девочка смотрела на лестницу.

— Там не страшно так, как в зеркальной часовне. Там грустно.

Магда кивнула.

— Верно. Грусть не всегда безопаснее страха, но она честнее.

Рейнар подошел к Элиане.

— Готова?

Нет.

Совсем нет.

Но ждать больше нельзя.

— Да.

Она обняла Миру и Теона по очереди. Теон держался, пока Элиана не шепнула ему на ухо:

— Герои иногда плачут тихо, чтобы не пугать тех, кого защищают.

Он обнял ее крепче.

— Я не плачу.

— Знаю.

Мира не сказала ничего. Просто вложила в руку Элианы ту самую темно-зеленую ленту, вышитую кривоватым серебряным ключом.

— Возьмите. Это не белая.

Элиана сжала ленту.

— Возьму.

И спрятала у сердца.

Потом они спустились.

Элиана шла первой. За ней — Рейнар, Магда, Ориан, леди Эстара и лорд Каидан, которых Дарен успел привести по приказу Рейнара. Каидан, увидев лестницу в полу детской, только покачал головой и сказал:

— У Арвендоров всегда были странные семейные традиции, но эта превосходит все.

Эстара ответила:

— Уверена, у нас в Южном Крыле тоже есть лестницы, о которых мне лучше узнать до смерти.

— Вот уж радостная мысль, — сказал Ориан.

Лестница уходила глубоко.

Не так, как запрещенный ход. Здесь не было царапин на стенах, последних слов, давящего мрака. Но каждый шаг отдавался в груди Элианы, будто она спускалась не под дом, а внутрь собственного сердца. Печать освещала путь мягким белым светом. Золотой огонь Рейнара горел рядом, спокойный и низкий.

Иногда на стенах проступали изображения.

Не полноценные видения. Обрывки.

Женская рука, закрывающая детское лицо от зеркала.

Ключ, падающий в колодец.

Драконья печать, залитая воском.

Белая лента, сгорающая в черном пепле.

Имя, которое кто-то царапает ногтем на камне, пока его не стирает чужая рука.

Магда шла молча.

Это было тревожнее ее ворчания.

Ориан несколько раз пытался что-то записать на ходу, но перо не писало.

— Даже чернила отказываются участвовать, — пробормотал он.

— Умнее некоторых, — сказала Магда.

— Рад, что вы снова в форме.

Лестница закончилась перед низкой аркой.

На арке не было герба Арвендоров. Ни дракона, ни крыла, ни огня. Только знак раскрытой двери — такой же, как на медном амулете матери Элианы.

Она остановилась.

— Это знак Вейрайн.

Эстара подошла ближе.

— Хранительницы порога.

Каидан нахмурился.

— Я слышал о них. В детстве. Потом все записи исчезли.

— Не исчезли, — сказал Ориан. — Их исчезли.

Элиана достала из кармана медный амулет матери. Он был теплым. Знак на нем совпадал с аркой точно.