Книга Медвежье сердце, страница 43 – Елена Михалёва

Иврос огляделся по сторонам. Он никогда бы не сказал, что за этими непрекращающимися монументальными работами стоит хрупкая женщина, которая часть своего времени проводит в цветочной лавке. Не сказал бы, если бы не знал, какими бывают окулус. Такие женщины не просто пресловутого коня на скаку остановят, но и на руках в горящую избу его внесут, не испортив прически. Ни себе, ни коню.

— Как по мне, госпожа Гарана – просто прирожденный руководитель, – деликатно заметил Норлан. – Стройка кипит. Такая работа проделана за несколько месяцев, если вдуматься.

— Дело не просто в строительных работах, – Керика потерла лоб. – Авериусу сейчас приходится организовывать Академию заново. Такие вещи Евания не решит. Преподавателей совсем мало, почти все погибли во время взрыва. Большая часть выживших – те, кого не было в городе вообще, то есть в основном это те адепты, кого отправили на задание. Молодежь сана чудотворца или заклинателя, реже чародеи, – она вздохнула. – Из архимагов в городе сейчас только Авериус и наш Император. Магов лишь десяток. Да еще столько же совсем стариков, слишком древних для преподавания. Мы стараемся выйти на связь с магами, которые оставили службу и перебрались в отдаленные королевства по всей Арсии. Несколько человек откликнулись и обещали приехать к весне. Несколько отказались. Но большинство все еще не ответило.

Иврос поджал губы.

— Нельзя призвать людей в обязательном порядке? – Его густые брови сошлись к переносице. – Ректор приказать не может?

— Нет, – Керика грустно улыбнулась. – Он более не их ректор. Остается рассчитывать лишь на их добровольную помощь. Большинство покинули Академию, потому что служба зачастую не сахар. Вряд ли многие загорятся желанием вернуться…

— А Император? – перебил ее колдун. – Он может приказать?

Чародейка медленно кивнула, глядя в суровые золотые глаза импери.

— Император может, если введено военное положение или Империи угрожает нечто существенное, – она наклонила голову набок, зазвенев бусинками в косичках. Прищурилась, задумчиво взирая на мужчину перед собой, будто оценивала. – Или призвать может человек, наделенный полномочиями императорской власти.

— Я тебя понял, – Иврос отвернулся. – Пойдем. Уже совсем стемнело, а мастер Гарана наверняка еще не обедал. Гвин предупреждала, что он забывает обо всем, когда работы слишком много.

Керика последовала за Норланом прочь от конюшен.

— Сколько вы с ней времени провели вместе? – вдруг спросила она. – Ты так хорошо ее знаешь. Меня это несколько смущает порой.

— Буквально вместе? – Иврос оглянулся. Легкая улыбка играла на его губах. – Около пары недель, если сильно придираться. Но, тетушка, клянусь, – он приподнял бровь, – я знаю всю ее жизнь.

Женщина догнала его. Подхватила под руку уже знакомым жестом.

— Подробности, мой мальчик. Я хочу услышать все.

Они обогнули здание конюшен и вышли к широкой мраморной галерее без освещения, где уже действительно сгустились серые зимние сумерки, тягучие, размывающие цвета и углубляющие тени. Лишь зеленый пламень на одной из башен продолжал ярко пылать в вышине. Галерея мраморных колонн вела крытым коридором к большому центральному корпусу. Именно там в одной из башен располагался кабинет ректора.

— Какие подробности ты хочешь? – Иврос покосился на чародейку. – Я импери. Нордвуд рассказал мне о ней все, даже то, о чем я не хотел бы знать никогда. И, – Ив сделал короткую паузу, – так я понял, что она моя.