Книга Ледяной дракон. Её истинный защитник, страница 26 – Светлана Алексеева

Я распахнула глаза. Между мной и королевой стоял лорд Ашерис. Он легко перехватил ее руку в воздухе, словно это была не королева, а непослушный ребенок. Его пальцы сомкнулись на ее запястье, и я увидела, как кожа на них белеет, будто покрывается инеем.

Пугающе медленно человеческие пальцы начали вытягиваться, суставы щелкнули. Ногти удлинились, заострились, стали черными и блестящими. Это были когти.

Королева замерла. Лицо ее побелело, глаза расширились от ужаса.

— Что… что вы себе позволяете…, — выдавила она, но ее голос сорвался.

По площади прокатился ропот. Стража растерянно переглядывалась, никто не решался сделать шаг. Советники побледнели. Кто-то из толпы упал на колени.

Я стояла, не дыша.

Дракон стоял слишком близко. Я чувствовала исходящий от него холод, слышала едва различимый треск льда, словно зима сама жила в его крови.

— Я позволяю себе остановить самосуд, — спокойно сказал лорд. — И защитить ту, чья вина пока не доказана.

Он чуть сжал пальцы, королева судорожно вдохнула.

— Вы забываетесь, — прошипела она. — Я – королева!

Лорд склонился к ней, и его голос стал почти ласковым.

— А я – дракон, — произнес он. — И клятва старше вашей короны.

Начальник охраны наконец опомнился. Ральтэр Крейн сделал шаг вперед, тяжело опираясь на меч, и его голос прозвучал хрипло, но твердо:

— Лорд Ашерис, отпустите королеву.

На мгновение показалось, что дракон даже не услышал его. Он продолжал спокойно, холодно и без тени почтения смотреть Ариэтте в глаза. Этот взгляд был страшнее любого крика.

— Я и так это делаю, — сказал он ровно. — И беру на себя дальнейшее.

Его пальцы окончательно разжались. Королева поспешно отступила, словно боялась, что он передумает. На ее лице смешались ярость, страх и унижение – чувства, которых я никогда прежде не видела на этом гордом лице.

Она прижимала запястье к груди, а на коже проступили синеватые следы.

— Я разберусь во всем сам, — продолжил дракон, и его голос разнесся над площадью. — Таков мой долг перед клятвой. И я покину ваше королевство только тогда, когда собственноручно покараю истинного виновного.

Он сделал паузу.

Снег все еще кружил в воздухе, но метель стихла, прислушиваясь к нему.

— А пока, — лорд Ашерис повернул голову ко мне, и от этого взгляда у меня подкосились колени, — девушку отвести в купальню, дать чистую одежду и накормить.

По толпе прокатился вздох. Стража переглянулась, кто-то опустил глаза. Даже Советники склонили головы. Сам дракон прилетел: тут уже не спорят, не перечат и не сомневаются.

Я стояла, не веря услышанному: купальня, еда. Не смерть.

— А затем, — добавил он, не повышая голоса, — привести ее в мои покои.

— В… ваши покои? — вырвалось у кого-то из Совета.

Но лорд уже отвернулся.

— Да, — спокойно ответил он. — Я остановлюсь в спальне короля.

Имя Форвальда он не произнес, но оно повисло в воздухе.

Лорд-дракон развернулся и величественным шагом направился ко дворцу. Его плащ колыхался, как крыло, а за спиной, где-то за стенами, раздался глухой рык, словно подтверждение его слов.

Аврора

Тепло обволакивало меня медленно и осторожно.

Я сидела в маленькой кухонной купальне, в низкой каменной комнате без окон, где пар стелился под потолком, а стены напитались влагой за десятки лет. Здесь мы, прислуга, обычно мылись наспех, по очереди, пока кто-то стучал в дверь и торопил. Но сейчас было иначе.