Книга Печенье судьбы. Соблазнить ректора, страница 42 – Сандра Хартли

— Пошла ВОН! — злобно завыл месье Дюваль.

— Я согласна! — одновременно с ним выкрикнула Селеста.

Профессор даже рот открыл от удивления. Похоже, методы обучения были не совсем его. Просто кое-кто опять прикрылся своим папочкой-казначеем.

— Вы уверены, мадемуазель Бенуа? Ваш отец приказал следить, чтобы ни царапины, — слащаво спросил Дюваль.

Я даже не знала, что он так умеет. На всех остальных чародей рычал. Даже на ректора.

А тут — “мадемуазель” и почти шепотом.

Мог бы руку побежал целовать.

Понимая, что без золота месье Бенуа тут не обошлось, я посмотрела на Селесту. Судя по пылающему взгляду, ей не терпелось отомстить. Она не трогала меня по приказу отца, срывая злость на соседке.

Но раз я сама напросилась…

— Я уверена, месье Дюваль. И не вмешивайтесь. Я сама объяснюсь с отцом, если понадобится, — высокомерно заявила злобная гадина.

Пожав плечами, Дюваль вздохнул. Снял с огромной стены ещё одну палку. Протянул её мне.

— Все на лавки, — холодно скомандовал этюдантам. — Раз уж нашей буржуа Вуд хватило наглости сорвать мое занятие – пусть отвечает. Не бейте её по голове, Бенуа, — отдельно подчеркнул он. — В остальном – отработайте удары в корпус и по ногам, как с мадемуазель Арман. Руки тоже не трогать. Она зельевар – мозги и руки ей пригодятся.

Бросив мне артефакт, как монету нищему на мосту, угрюмый чародей отошёл к лавкам, освобождая поле для расправы над нищей и глупой буржуа.

Селеста расплылась в счастливой улыбке. Её палка вспыхнула красной магией.

По суженным глазам и оскалу я поняла — она жаждала крови. Мести. Отплаты. Значит, я должна выиграть.

Пусть Дюваль ценил только силу и дар. Но нас он также кое-чему научил. А месье ректор вполне удачно помог мне с магией.

Больше бить меня, как в первый раз у Селесты, не выйдет. Только вот она была уверена в обратном.

Первый удар, вопреки приказу месье Дюваля, летел прямо в лицо. И совершенно неожиданно наткнулся на мою палку. Артефакт мигом полыхнул голубым пламенем, отражаясь в удивленных глазах наглой аристократки.

Сила отозвалась, стоило только о ней подумать.

На площадке вместо хамства и тихих смешков наступила гробовая тишина.

— Я сказал: в голову не бить, — как-то хрипло прокомментировал профессор.

Похоже, он заподозрил неладное, однако, как и просила мадемуазель, не спешил вмешиваться. Видимо, списал мою защиту на случайность.

— Ничего, месье Дюваль, — я улыбнулась опешившей Селесте. — Меня вы тоже кое-чему научили. Пусть бьет, куда хочет, — я замахнулась в ответ. — Если попадёт, конечно.

Удар по бедру и громкий ойк от дочери главного казначея. Потом её злобный взмах, который опять наткнулся на мою палку.

Это напоминало странный танец: зверь и раненый охотник, который вдруг стал добычей.

Я била точно. Холодно выжидая момент.

Селеста хаотично махала артефактом: то скуля, то шипя, то сыпя оскорблениями.

— Ты жалкая выскочка. Возомнила себя протеже ректора. Я покажу тебе, что значит чародейка, — шипела она, снова и снова натыкаясь на мой артефакт.

— Я, может, и выскочка, — я насмешливо прищурилась. — Но в отличие от тебя мне не нужно прикрываться ни папочкой, ни ректором, ни королем. Я – Ариадет Вуд. Без титула и без богатого отца. Избила тебя как ребёнка, даже своими каплями магии. Говорила же тебе, Бенуа: одного дара мало. Чтобы стать чародейкой, нужны мозги.