Книга Печенье судьбы. Соблазнить ректора, страница 150 – Сандра Хартли

Я не видела, какого цвета стало лицо Антуана, но по широко распахнутым глазам и приоткрытому рту было ясно: слова Матиаса произвели должный эффект.

Тихо и низко поклонившись, управляющий покинул спальню, почти бесшумно закрыв дверь.

— Ты смутил старого чародея, а ведь он просто заботится о моей чести, — упрекнула я Матиаса.

Очередная стопка листовок, которые он рассматривал, отправилась в камин.

Похоже, во дворце портреты влюбленных принца и принцессы не раздавали. Зато по городу, как и по Академии, валялись картинки, где Хелианта и Матиас выглядели вполне правдоподобно.

— Надеюсь, ты не поверила всем этим рисункам? — напряженно спросил дракон.

— У меня не было времени всерьёз об этом думать. Но смотреть на то, как ты целуешь другую, удовольствия мне не доставило, — не стала врать я.

Матиас отложил листовки и наконец развернулся.

— Ари, я хотел, чтобы в первый раз всё было совсем не так, — устало произнёс он.

— Но спасти королевство можно только с помощью артефакта, а для этого нужен мой Дар, — продолжила я за него.

Маска холодности мигом слетела с его лица. Кулаки сжались, глаза сверкнули яростью.

— Мне плевать на королевство! — неожиданно выплюнул он.

Осознав сказанное, Матиас закрыл глаза, глубоко вздохнул и сел на мою кровать.

— Артефакт нужен не для королевства ради королевства. Он нужен, чтобы Версалия и Шалот были безопасны для тебя. Чтобы ни Грегорис, ни Гаррик, ни даже Валериан не смогли тебе навредить или использовать.

Он дрожал. Смотрел сияющими глазами, будто боялся, что я исчезну.

— Ты невероятная, Ариадет. Моя хрупкая, храбрая, необыкновенная пара, — шептал он, всматриваясь в моё лицо и явно сомневаясь, стоит ли продолжать. — Я не знаю, как иначе тебя защитить. Я готов защитить тебя даже от себя и своих эгоистичных порывов. Но сегодня у нас нет другого выбора, моя девочка.

И в этот момент что-то изменилось. В его глазах вспыхнули знакомые искры, а внутри меня разлилось тепло.

Магия дракона снова наполнила комнату. Но в этот раз она не туманила разум. Она согревала, обещала защиту и казалась почти родной.

Вместе с теплом во мне росла уверенность. Неважно, сегодня или через два года. Я не отдам его Хелианте. Не позволю королю-дракону командовать в Версалии так, будто захват трона был лишь вопросом времени.

Как и писала бабуля, заклинательница не та, кто преклоняет голову перед королями.

Мы — те, кто решает, кому взойти на трон.

— Валериан получит свой артефакт, — прошептала я, выпрямляясь и проводя ладонью по рубашке Матиаса, замирая на пуговицах. — Но если потом он попытается мной манипулировать, я лишу его трона так же легко, как сниму твою рубашку.

Я провела пальцем по его груди.

Тихий рык стал мне ответом. Матиас наклонился ближе.

— Моя грозная заклинательница, — прошептал он заметно дрогнувшим голосом.

Поцелуй, от которого по телу прошла волна драконьей магии. Горячие руки прижали меня к обнажённой груди.

— Матиас… — простонала я ему в губы, и он замер, а затем слегка отстранился.

— Если станет неприятно, скажи, — едва слышно выдавил он.

Меня мягко избавили от рубашки, уложили на кровать, а затем вместо одеяла накрыли собой.

Было страшно, но осторожные поцелуи смывали последние сомнения.

Матиас не спешил, позволял мне привыкнуть к близости наших тел, к мысли, что вот-вот не станет “его” и “меня”. Спустя мгновение будем только мы. Связанные невидимыми узами. Такими, которые нельзя увидеть, но можно почувствовать.