Книга Полуночные ведьмы, страница 25 – Элизабет Бекер

Студентка была немногим старше Элен и напомнила ей старшеклассниц, которые учились с ней в школе до войны. Эти уверенные в себе симпатичные девчонки почему-то находили забавным издеваться над Элен. Они громко шептались, что отец у нее пьяница, а мать работает ночь напролет, чтобы прокормить семью.

— Может, спросишь настоятельницу? – процедила сквозь зубы Элизабет, подходя к Элен. – Уверена, ей будет интересно послушать твои речи, Дениз.

Глаза у второкурсницы сузились, но тут одна из подруг взяла ее за руку и сказала:

— Мы опоздаем.

Дениз прожгла взглядом Элен и Элизабет и пошла дальше по коридору, а по обе стороны засеменили ее подружки.

— Спасибо, – пробормотала Элен, идя рядом с Элизабет.

— Она и вправду так думает, представляешь? – с отвращением отозвалась Элизабет. – Что нам с ними лучше.

— Я так не считаю, – ответила Элен.

— И это, по-твоему, благородно? – Элизабет скрестила руки на груди. – Тоже мне, национальная героиня!

Элен захлестнул гнев, в голове пронеслись дни, нет, недели отчаяния по поводу решения матери отправить ее сюда. Грубость и осуждение Элизабет только добавили пороху, и Элен просто хотелось заорать в ответ.

— Мне неважно, что ты думаешь, – отчеканила она. – Немцы забрали у моей семьи всё.

— Не всё, Элен. – Карие глаза Элизабет на мгновение потеплели, но она тут же приняла обычный равнодушный вид.

Было что-то невысказанное в словах девушки, и Элен хотелось расспросить ее, но та пошла дальше. Когда они поравнялась с остальными в конце коридора, навстречу вышла пожилая дама. Из-под сестринской шапочки выбивались пряди седых волос, но взгляд ее ясных глаз, вокруг которых расходилась сеточка морщин, был острым и внимательным.

— Добрый вечер, сестра Дюран, – пропела Дениз приторно-сладким голосом.

Дама посмотрела на нее сверху вниз с едва скрываемым презрением. Элен едва сдержала улыбку.

— Пройдемте, девушки, – велела сестра Дюран. – Вы припозднились.

Все последовали за ней по другому длинному коридору с арочным потолком и деревянной обшивкой. Элен словно впитывала в себя все то, что окружало ее. Вдоль стен стояли носилки и большие металлические тележки с бельем. На тяжелых деревянных дверях, расположенных через большие промежутки, размещались маленькие таблички на немецком и французском. У второй по ходу двери две студентки откололись от группы и зашли внутрь.

И далее у каждой двери две или три девушки останавливались и заходили внутрь. Когда дверь открывалась, Элен вытягивала шею, но видела только кровати и шторы.

Сестра Дюран шла быстро, на несколько шагов впереди всей группы, которая постепенно уменьшалась. В самом конце коридора пожилая сестра безо всяких объяснений прошла в очередную дверь, за которой оказался узкий лестничный проем. Оставшаяся часть группы последовала за ней по белой каменной лестнице до площадки второго этажа, где стоял очередной немецкий офицер.

Сестра Дюран распахнула дверь и жестом пригласила следовать за ней по коридору, похожему на тот, который они видели этажом ниже.

— Арно, Клеман. – Матрона остановилась.

Две девушки вышли вперед, поправляя накрахмаленные юбки.

— Сегодня будете помогать сестре Мари в хирургии. – Дюран показала на ближайшую к ним дверь. – Фартуки на входе.

— Да, сестра. – Девушки скрылись за дверью.