Книга Невеста-попаданка для двух драконов, страница 74 – Мила Дуглас

Ксев щелкнул пальцами. Над его ладонью вспыхнул шар холодного, фосфоресцирующего света, отбрасывающий нервные, прыгающие тени.

— После тебя, конфетка, — он жестом указал вниз, но его лицо в призрачном свете было серьезным, без тени обычной иронии.

Спуск казался бесконечным. Воздух становился гуще, холоднее, и тишину нарушал только скрежет их шагов по каменной крошке да далекое, навязчивое капанье воды. Они шли по узкому коридору, стены которого были сложены из грубых, почерневших от времени камней. Всё здесь было мертво и забыто.

— Чувствуешь, Лия? Дым же! — вдруг тихо сказал Ксев, вглядываясь в тени впереди. — Она писала в дневнике: «Пахнет дымом после встреч». Чувствуешь?

Лия нахмурилась, вдыхая.

— Чувствую. Но слабо. У вас у драконов нюх сильнее. Зверюги мои!

Он остановился перед развилкой. Два прохода, одинаково черные и совершенно похожие.

— Интуиция подсказывает, — прошептала Лия, указывая на левый. — Там… тише как-то. Неправильно тихо. Пойдем?

Ксев кивнул и они свернули налево. Коридор сузился до размеров большой трубы, и им пришлось идти почти согнувшись. Шар света Ксева выхватывал из мрака обрушившиеся своды, груды битого камня. И вдруг — след. На пыльном полу отпечаток маленького, легкого башмака. Совсем свежий.

Они ускорили шаг. Коридор вывел в небольшое круглое помещение, похожее на старую кладовку или тюремную камеру. В углу, на гниющей соломе, лежало что-то, завернутое в грязный плащ.

Нет, не что-то. Кто-то.

Элвия.

Её было не узнать. Из цветущей, пусть и вечно напуганной девушки, она превратилась в тень. Лицо осунулось, под глазами — синеватые провалы. Она дремала, но сон ее был беспокойным: веки дернулись, пальцы судорожно сжимали края плаща. Она что-то беззвучно шептала.

Лия замерла, чувствуя, как комок подкатывает к горлу. Ксев присел на корточки, осторожно, чтобы не испугать.

— Элвия? — тихо позвал он.

Девушка вздрогнула, глаза резко открылись. Но в них не было понимания — только дикий, животный ужас. Она забилась в угол, пытаясь стать ещё меньше.

— Не… не надо… синий дым… королева сказала… молчи, молчи…

— Никто тебя не тронет, — сказала Лия, и её голос, несмотря на внутреннюю дрожь, прозвучал удивительно мягко и спокойнно. Она медленно опустилась на колени на значительной дистанции. — Элвия, это Лия. Помнишь? Ты мне помогала с платьем.

Пустые глаза сфокусировались на ней на секунду. В них мелькнул проблеск.

— Истинная… — прошептала Элвия. — Ты… живая? А они сказали… они сказали, ты уже не проснёшься. Как те… другие.

— Какие другие? — тихо спросил Ксев, не двигаясь с места.

Элвия закачалась, обхватив себя руками. Её взгляд устремился в пустоту, за пределы стен.

— Женщины… те, что до тебя. Призраки. Красивые призраки. Истинные… или те, кто мог бы стать… — Она начала бормотать быстрее, обрывками фраз. — Королева смотрела… ледяные глаза… «Род должен быть чистым. Сильным. Только наша кровь ведьм. Чужая… чужая портит линию. Ослабляет. Дети от чужой крови… они не должны родиться». Синий дым… чтобы усыпить… чтобы магия не защищала… а потом… тихо. Очень тихо. И страшно, так страшно!

Ксев и Лия переглянулись. В глазах каждого читалось одно и то же леденящее понимание. Это было не просто устранение соперницы. Не просто интрига против конкретной Лии. Игра престолов, гда Истинные стали мишенью. Но для чего?