Книга Под защитой ректора, страница 131 – Мира Аллен

Дарвен сидел напротив, расслабленно откинувшись на тёмную спинку сиденья. Он выглядел слишком спокойным для человека, который наконец получил то, чего добивался, и именно это раздражало сильнее всего. Айя чувствовала на себе его взгляд почти всю дорогу. Тяжёлый. Внимательный. Он наблюдал, не скрываясь, словно ждал, когда она сломается первой.

Айя продолжала смотреть в окно. Она не собиралась доставлять ему это удовольствие.

— Ты жалеешь, — сказал он наконец.

— Нет.

— Врёшь.

Она медленно перевела на него взгляд. Раздражение вспыхнуло мгновенно. Дарвен встретил её спокойно, будто именно такой реакции и ждал.

— Забавно слышать ложь от человека, который врёт лучше всех.

Айя резко отвернулась.

— Ты слишком много о себе думаешь.

— А ты слишком плохо скрываешь эмоции, когда дело касается ректора.

При упоминании Кая внутри всё болезненно сжалось. Настолько резко, что Айя сама разозлилась на себя.

— Не произноси его имя.

Голос прозвучал тише, чем она хотела. Дарвен чуть приподнял бровь.

— Значит, всё настолько плохо.

— Замолчи.

— Ты ушла из академии так, будто оставляла там не место, а человека.

Айя смотрела только в окно, на тёмный лес и редкие огни вдалеке, но перед глазами всё равно стоял Кай. Его взгляд. Руки, сжавшиеся от злости. То, как он смотрел после ловушки, будто готов был уничтожить любого, кто снова причинит ей боль. Она резко закрыла глаза. Нет. Не сейчас. Не рядом с Дарвеном.

Но мысли всё равно возвращались к кабинету Кая, к постоянным столкновениям, к тому, как рядом с ним она впервые за долгое время начала чувствовать себя живой. И хуже всего было понимать: она действительно жалеет. Жалеет, что ушла. Жалеет, что не осталась. Жалеет, что не сказала ему правду.

— Ты ошибаешься, — холодно произнесла она.

Дарвен смотрел ещё несколько секунд, а потом тихо усмехнулся. Без радости. Почти устало.

— Нет, Айя. Просто ты впервые врёшь не другим.

Слова ударили неожиданно сильно. Злость поднялась снова — на него, на себя, на Кая, на всё происходящее. Потому что Дарвен оказался прав.

Замок появился из тумана внезапно. Сначала Айя увидела только тени — огромные, неподвижные, медленно проступающие сквозь серую дымку. Карета двигалась вперёд, колёса вязли в мокрой земле, а замок становился ближе, отчётливее, и вместе с этим внутри росло тяжёлое ощущение неправильности.

Он выглядел мёртвым. Не заброшенным — именно мёртвым. Высокие башни уходили в темноту, острые шпили терялись в чёрном небе, узкие окна напоминали пустые глазницы. Стены были покрыты глубокими трещинами, по старому камню тянулись чёрные следы магии, будто сам замок годами впитывал в себя что-то тёмное и теперь медленно разлагался изнутри.

Айя почувствовала это даже сквозь стены кареты. Дом был пропитан силой — старой, тяжёлой, неправильной. Вязкая магия ползла по коже и вызывала тошноту. Хотелось отодвинуться дальше, вдохнуть полной грудью, избавиться от этого ощущения, но чем ближе они подъезжали, тем сильнее замок давил своим присутствием.

Дарвен молчал. Он смотрел вперёд спокойно, будто видел обычный дом. Но Айя заметила, как изменилось его лицо. Рядом с этим местом он становился другим: жёстче, темнее, спокойствие в глазах превращалось во что-то холодное и опасное. Исчезала привычная ленивость движений, пропадала насмешливая лёгкость. Будто сам замок вытаскивал наружу худшие части его характера.