Книга Отец подруги и его брат. Наш общий секрет, страница 36 – Дарья Рoманова

Его губы были жаркими, влажными, требовательными. Он не просил — он брал. Его язык стремительно проник в мой рот, настойчивый и умелый, вытесняя всё. Я ответила ему, забывшись, утонув в этом двойном натиске — спереди и сзади. Мои руки сами потянулись к нему, вцепились в волосы, в плечи, пытаясь удержаться в этом водовороте.

Артём сзади продолжал свою чёрную работу. Его пальцы, мокрые от меня, ускорились, стали более настойчивыми, давящими. Волна нарастала где-то в глубине, низкая и тяжёлая. А Иван в это время целовал меня так, словно хотел выпить всю мою душу. Его руки соскользнули с моего лица на плечи, на спину, прижимая меня к себе, к его собственной твёрдой, мощной плоти. Я чувствовала его возбуждение, такое же внушительное и нетерпеливое, как у брата, упирающееся мне в живот.

Это было слишком интенсивно. Слишком много. С двух сторон. Я теряла опору, границы, ощущение себя. Я была просто точкой схождения двух бурь.

Тихий, надрывный крик был поглощён поцелуем Ивана. Я задрожала, повиснув на их сильных руках, чувствуя, как спазмы сотрясают меня изнутри, горячие и долгие. Артём не останавливался, его пальцы мягко, но неумолимо вытягивали из меня каждую секунду наслаждения, каждый последний содрогающийся толчок, пока я не обмякла, беспомощно и полностью опустошённая.

Иван медленно оторвался от моих губ. Его дыхание было тяжёлым, губы — влажными и покусанными. В его глазах стоял туман желания, но также и какое-то дикое удовлетворение.

— Вот это… начало, — хрипло произнёс он, и его взгляд скользнул с моего лица куда-то за мою спину, к брату.

Артём вынул свои пальцы из моих трусиков. Я почувствовала, как по внутренней стороне бёдер стекает что-то тёплое. Он облизал свои пальцы, и в его глазах мелькнула леденящая и возбуждающая одновременно, хищная ухмылка.

— Начало, — повторил он. — А впереди ещё целый день, Наталья. И много-много… недоснятых кадров.

— На диван, — сказал Артём.

Иван, не выпуская меня из объятий, легко повернул и повёл к тому самому жёсткому дивану в углу студии. Я шла на дрожащих ногах, чувствуя, как влага с бёдер медленно стекает вниз. Артём шёл следом, его присутствие ощущалось за спиной — плотное, горячее, неумолимое.

У дивана Иван остановился, его руки скользнули под мои колени и на спину. В следующее мгновение я оказалась в воздухе, а потом мягко опустилась на прохладную ткань дивана. Я лежала на спине, полностью обнажённая, кроме тех ничтожных кружевных трусиков, которые уже ничего не скрывали. Они оба стояли надо мной, и вид был одновременно пугающий и невероятно возбуждающий. Два могучих силуэта, заслоняющие свет софитов, два голодных взгляда, скользящих по моему телу.

Иван присел на корточки перед диваном. Его руки легли на мои бёдра, пальцы упёрлись во внутреннюю поверхность, и без лишних слов он раздвинул мои ноги. Широко. Я почувствовала, как прохладный воздух студии коснулся горячей и влажной части меня.

— Не терпится снова попробовать, — прошептал он, и в его голосе не было и тени шутки. Был только голод.

Он прильнул к моей киске губами. Не как в прошлый раз, с нежными поцелуями и долгой прелюдией. На этот раз было иначе. Жадно, глубоко, с немым вожделением. Его язык, широкий и сильный, одним движением проехал от самого низа, от дырочки, которую он тогда почтил лишь мимолётным вниманием, до вздыбленного, пульсирующего клитора. Он собрал всю влагу, и я вздрогнула, застонав, когда он с силой вдавил лицо в меня.