Книга Развод. Коса на камень, страница 8 – Елена Валерьева

У меня пересохло во рту. Право вето. У меня. У искусствоведа, которая путает карбюратор с карданом.

— Вы с ума сошли, — прошептала я. — Зачем вам это? Зачем вам обуза в виде меня?

— Обуза? — он вдруг подался вперед, и расстояние между нами сократилось до неприличного. — Вы, Дарья Андреевна, не обуза. Вы — красная тряпка для быка по имени Князев. Он будет беситься каждый раз, когда увидит вас рядом со мной. Он будет совершать ошибки. А я буду их использовать. Это во-первых. А во-вторых…

Он замолчал, и в его янтарных глазах заплясали черти. Те самые, которые сулят большие неприятности и дикое удовольствие одновременно.

— Что во-вторых? — не выдержала я.

— Во-вторых, я терпеть не могу скуку. А вы, Дарья, обещаете быть чертовски интересным развлечением. Вы не умеете врать, но умеете устраивать скандалы. Вы не умеете вести бизнес, но умеете доводить мужчин до белого каления. Я научу вас первому, а вы будете радовать меня вторым.

— Я вам не игрушка, — вспыхнула я, вскакивая с кресла.

— Конечно, нет, — он даже не шелохнулся. — Игрушки ломаются. А вы — крепкий орешек. Я это понял еще вчера, когда вы стояли в пледе и смотрели на меня, как на врага народа. Итак, у вас есть выбор. Первый: вы отказываетесь от сделки, получаете жалкие отступные от Руслана, возвращаетесь в свою пустую квартиру и до конца жизни жалеете, что не отомстили. Второй: вы принимаете мои правила игры. Переезжаете в предоставленный мной пентхаус (для соблюдения условий договора, разумеется), ходите со мной на приемы, изображая мою новую деловую партнершу, и помогаете мне разорить вашего бывшего в пух и прах.

— Переехать? К вам⁈ — я чуть не поперхнулась воздухом. — Это исключено.

— Это условие, — отрезал он. — Руслан должен видеть нас вместе. Каждый день. И чем ближе, тем лучше. Пентхаус огромный, у вас будет отдельное крыло. Я не претендую на вашу… хм… благосклонность вне стен офиса. Мне нужен союзник, а не любовница.

Он врал. Я видела это по его глазам. Он хотел не только союзника. Но и любовницу тоже. И от этого осознания у меня под ложечкой засосало, а щеки предательски залил румянец.

— Я подумаю, — выдавила я, хватаясь за сумочку, как за спасательный круг.

— Думайте до завтра, — кивнул он, поднимаясь. — Завтра в девять утра я пришлю машину к вашему дому. С вещами. Если вас не будет, я сочту это отказом.

Он обошел стол и встал совсем близко. Слишком близко. Я чувствовала жар его тела, запах дорогого парфюма и что-то еще — запах власти, опасности и дикой, необузданной силы.

— И еще, Дарья Андреевна, — его голос упал до шепота, когда он наклонился к моему уху. — Когда войдете в роль, не забудьте купить нормальный лифчик. А то этот ваш «пуш-ап» с кружевами сбивает меня с делового настроя. Я видел отчет камер в подъезде. Вы вчера были без него, и это зрелище, скажу я вам, стоило тех двадцати процентов акций.

Я замерла, не в силах вдохнуть. Он видел. Записи камер. Боже, какой позор. И какой же он… наглый, беспринципный, потрясающий мерзавец.

— Вы… Вы… — задохнулась я от возмущения и какого-то странного, щекотного восторга.

— Я — ваш новый босс, — закончил он за меня и, легонько подтолкнув в спину, открыл дверь кабинета. — До завтра, Дарья.

Я вылетела из приемной, как ошпаренная кошка. В ушах стучала кровь. В голове крутилась только одна мысль: он ненормальный. Он абсолютно, клинически ненормальный. И я, кажется, тоже, потому что вместо того, чтобы бежать от этого психопата без оглядки, я уже прикидывала, какое белье надеть завтра, чтобы стереть с его каменного лица эту самодовольную ухмылку. И пусть он думает, что купил меня вместе с акциями. Я ему покажу, кто тут тень, а кто дрессировщик. Развод без правил объявляется открытым.