Книга Бывшие. Любовь с осложнениями, страница 33 – Саяна Горская

Спускаюсь в клинику.

Оля, прижимая плечом телефонную трубку к уху, приветливо улыбается.

— Доброе утро, Евгения Сергеевна! — бодро говорит она, и я машинально улыбаюсь в ответ.

— Доброе, Оль. Как дела?

— Всё спокойно. У вас сегодня всего пятеро.

— Прекрасно!

Забираю ключи от своего кабинета. В коридоре встречаю Таню. Кажется, она не в духе.

Она всегда на что-то обижена, часто чем-то недовольна. Но сегодня, кажется, её настроение особенно мрачное.

Сталкиваюсь с ней лицом к лицу. Она смотрит на меня с каким-то странным выражением, будто я только что забрала у неё последнюю конфету.

— Доброе утро.

— Доброе, — бурчит она, даже не пытаясь скрыть своё раздражение.

О, ясно, я в списке неугодных. Это из-за Богдана, да? Потому что он изъявил желание пить кофе со мной, а не с ней?

Впрочем, мне сейчас не до её капризов. У меня приём. Я должна сосредоточиться, а не рассуждать о том, что моя персона кому-то встала костью в горле.

В кабинете я быстро навожу порядок, раскладываю документы, включаю компьютер. Первые пациентки уже ждут, и я начинаю приём. Всё идёт своим чередом: осмотры, консультации, назначения. Но ближе к полудню в кабинет заходит Марина.

Она выглядит совсем иначе, чем в прошлый раз. Сегодня она улыбается, глаза блестят, и даже походка её кажется более лёгкой, пружинистой.

— Евгения Сергеевна, здравствуйте! — Присаживается она на стул напротив. Поправляет газовый шарфик, повязанный вокруг шеи.

— Здравствуйте, Марина. Хорошо выглядите. Как вы?

— Отлично! Я сдала анализы, прошла все обследования. Мне сказали, результаты будут в моей карте.

— Да, они должны подтянуться, — лезу в базу, открываю медкарту Марины.

Изучаю данные.

И на первый взгляд, всё не так плохо: гормональный профиль в норме, чуть повышенный С-реактивный белок указывает на воспаление, что, в целом, не удивительно при Марининых жалобах. Но потом я дохожу до УЗИ и МРТ.

Образование в области правого яичника, размером три сантиметра, неоднородная структура, с участками повышенной эхогенности, признаки инвазии в окружающие ткани. МРТ подтверждает наличие образования с подозрением на вовлечение крестцово-маточных связок.

Чувствую, как в груди что-то разрастается и сжимается от хорошо знакомого мне острого чувства безысходности, но гоню всё это подальше, в самый тёмный уголок сознания, к паукам и тараканам.

Да, это не просто киста.

Сама структура, инвазия, вовлечение тканей — всё это наводит на мысль об онкологии.

— Евгения Сергеевна, у вас волшебная аура, — вдруг говорит Марина, прерывая мои мысли.

Перевожу на неё взгляд.

— Спасибо, — с трудом натягиваю уголки губ, не желающие складываться в улыбку, стараясь скрыть тревогу на лице.

— Вы знаете, мне кажется, что я уже беременна, — Марина чуть подаётся вперёд. Золотой крестик, выпорхнув из разреза блузки, глухо ударяется о край столешницы.

Марина, коротко сжав на нём пальцы, отправляет его обратно.

— Правда? Почему вы так думаете?

— Чувствую!

— Сделали тест?

— Нет, пока не стала. Но знаете, у меня большая задержка, а ещё… Я чувствую что-то в животе. Вот здесь, — она укладывает бережно ладонь на низ живота. — Это ведь может быть эмбрион, да?

Я качаю головой.

— На таком сроке вряд ли бы вы почувствовали эмбрион. Марина, ложитесь на кушетку, давайте я вас осмотрю.