Книга Роза и Терновник, страница 52 – Алла Касперович

— Как бы я хотел тебя успокоить, родная, но я не представляю как.

Она спрятала лицо у него на груди и прикрыла глаза, подумав, что он лукавит. Что бы он сейчас ни делал, оно работало – рядом с ним ей становилось покойнее. Выяснить бы ещё, куда подевалась Мэри. Внезапно для себя Розамунд поняла, что, по сути, ничего о ней не знает. В принципе, ничего удивительного – всё же они госпожа и горничная, но ближе Мэри у неё, пожалуй, никого и не было. Хороша она, ничего не скажешь.

— Давайте попробуем уснуть, – со вздохом сказала графиня, неохотно отстраняясь.

— Давай, – согласился Майкл. Он оглянулся, подошёл к креслу, пододвинул его поближе к кровати и объявил: – Я буду охранять твой сон!

— Вы собираетесь спать в кресле?

— Ну да, – улыбнулся граф. – Я хочу, чтобы ты выспалась, а не нервничала.

— Но ведь мы уже спали вместе, и вас не сказать, что волновало, буду ли я нервничать или нет.

— И мне за это стыдно, – признал Майкл.

— Неужели? – приподняла бровь Розамунд, она вглядывалась в его лицо, но света свечей недостаточно, чтобы разглядеть его выражение. Разве что подойти совсем вплотную…

— Прости, дорогая, мне иногда немного не хватает, – он замялся, подыскивая подходящие слова, – понимания… У меня плохо получается понимать людей. Но это ничего! Я научусь! Ты ведь мне поможешь?

— Я? – В удивлении графиня прижала ладонь к груди. – Я не думаю, что я хороший помощник.

— Самый лучший! – В мягком свете свечей сапфировые глаза казались поразительно нежными. – Прости, дорогая, я тебя заговорил. Скоро рассвет, а мы ещё не ложились. Давай я помогу тебе раздеться.

Собиравшаяся что-то сказать Розамунд поперхнулась воздухом и, откашлявшись, спросила:

— Ч-что, простите?

— Не будешь же ты спать полностью одетая, как на постоялом дворе или в карете! Это неудобно! Ты не беспокойся, я помогу тебе снять только верхнее платье и корсет. И всё!

Розамунд чувствовала, как пламенеют её щёки и одновременно радовалась, что полумрак скрывает их яркость.

— Хорошо, – голос её прозвучал сдавленно, – только платье и корсет.

Майкл улыбнулся, обошёл жену, стал у неё за спиной и принялся расстёгивать крошечные пуговицы одну за другой сверху вниз. Они не поддавались, не желая расставаться с такими же маленькими петельками. Пытаясь поторопиться, граф едва не оторвал несколько, только чудом и мастерством портнихи они остались на месте. Дыхание Майкла участилось, в тишине спящего дома громкий стук его сердца разносился по комнате, к нему прибавилось и сердце Розамунд. Но она, в отличие от мужа, будто бы совсем не дышала.

Граф отчаянно боролся с желанием прикоснуться к её коже, прижаться к ней губами… Однако он не мог нарушить обещание. Больше всего на свете он хотел, чтобы Роза ему доверяла.

В конце концов платье удалось снять, корсет тоже в итоге поддался.

— Как же тяжело справляться с женской одеждой! – качая головой, заметил Майкл. – Кто бы мог подумать!

Брови Розамунд взлетели, но она промолчала, удержав в себе возглас изумления. Не была она наивной и понимала, как обстоят дела в личной жизни аристократов. Да что аристократов, дядюшка Мортимер, например, тоже постоянно менял любовниц. И вряд ли графу Эррингтону никогда не доводилось избавлять дам от одежды. Только если те сами, конечно, из неё не выпрыгивали, чтобы поскорее оказаться с ним в постели.