Книга Роза и Терновник, страница 110 – Алла Касперович

— Оно сияло, – добавил Майкл.

— Что и требовалось доказать, – хлопнул в ладоши Сэмюель. – Если это то, что я думаю, если это тот же колдун, что проклял бедняжку Мэри Везер и секретаря Атткинса, то я смогу его хорошенько наказать, – глаза викария засветились кроваво-алым пламенем, – но он наверняка умрёт. В страшных мучениях. Миледи, мне нужно ваше добро, ведь это может быть кто-нибудь близкий вам.

Розамунд смотрела на него твёрдо, Майкл сжимал её ладонь, выражая свою полную поддержку, сомнений не было в том, как поступить.

— Да. Накажите его.

— Или её, – дополнил викарий. – Это может быть и женщина.

— Или её, – кивнула графиня. – Мои родители, Мэри, мистер Атткинс. И кто знает, сколько ещё таких было.

— Что ж, – пастор потёр руки, – будь по-вашему!

«Заодно и я хорошенько повеселюсь напоследок!» – подумал он.

О том, что и как собирается делать, Сэмюель лорду и леди Эррингтон не рассказал, но попросил их не беспокоиться и не переживать, если в течение трёх ближайших дней они от него ничего не услышат. Он намеренно собирался распустить слух, что захворал и проведёт некоторое время в постели, на самом же деле он будет занят таинственным колдуном, которому не посчастливилось повстречать, пусть и не лично, члена Ордена.

А уж на четвёртый день викарий снова ждал графа и графиню в гости. И предупредил, чтобы раньше к его дому они ни под каким предлогом не приближались, потому что то, что Сэмюель будет делать, может затронуть Зеркальника. И кто знает, как на нём это отразится.

— Хорошо, – кивнул Майкл, хоть на душе у него было нелегко. – Сэм, но если тебе что-то понадобится, ты сообщи! Раз мне нельзя, так я кого-нибудь отправлю!

— Уговорили, Ваша Светлость! – хохотнул тот. – А теперь… Не хочу показаться грубым, но не могли бы вы покинуть мой дом? Пора начинать приготовления!

— А с вами всё будет в порядке? – всё ещё сомневаясь, спросила Розамунд, когда они прощались с гостеприимным хозяином.

— Со мной? Миледи, вы лучше о том, кто это всё заварил, волновались! – расхохотался он. – Езжайте лучше поскорее, вон там вдали уже тучи собрались.

«А на вопрос он так и не ответил…» – посетовала про себя графиня.

Пастор оказался прав: погода действительно испортилась. Сперва зарядил мелкий дождь, а когда карета добралась до Эррингтон парка, лило так, словно небеса за что-то рассердились и норовили затопить грешную землю в назидание за непослушание. Повезло ещё, что дорога недолгая и колёса не завязли в грязи, хотя такое вполне могло и случиться. Впрочем, стоило Розамунд и Майклу переступить порог дома, как ливень почти сразу же и стих, оставив за собою самые настоящие болота – о прогулке сегодня нечего было и думать.

Гофорд обеспокоенно взглянул на хозяев – с возрастом ему всё сложнее было держать совершенно бесстрастное лицо истинного дворецкого, – облегчённо выдохнул, а затем подал графу конверт, в одиночестве лежавший на небольшом серебряном подносе для писем.

— Ваша Светлость, принесли незадолго до дождя.

— Спасибо, Гофорд, – улыбнулся Майкл, взглянул на конверт, узнал подпись – видел такую недавно – и кивнул. – Старина Альберт, должно быть сильно соскучился. Пойдём, дорогая, – сказал он жене. – Ты промокла, нужно переодеться.

— Ты тоже промок.

— Да? Надо же… А я и не заметил.