Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 4, страница 173 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

— Ему нравится с нами играть, – заключила Эмири.

— Именно.

— В этом нет ничего удивительного, – заметил Кадзуо. – Все-таки ао-андон – это демон, который появляется в завершении хяку-моногатари кайдан-кай, длинной и зловещей игры.

— Пока подсказок я не вижу, – хмуро произнесла Каминари. – Только эти фонари.

— Судя по всему, мы верно поняли насчет Обона. – В глазах Йоко притаился страх, я это видела, и все же говорила она собранно и решительно. – Возможно, стоит поискать подсказки в его традициях или в историях, с ним связанных.

— Да, и не стоит забывать про Хякки-яко, – согласился Ивасаки.

— И какие традиции вы имеете в виду?.. – начала было Каминари, но прервалась, едва ли не со страхом посмотрев в сторону.

Я тут же насторожилась и, проследив за ее взглядом… увидела ребенка.

Это была девочка лет пяти-шести в летнем клетчатом платье. Ее волосы были заплетены в два чуть растрепавшихся хвостика, на глаза спадала челка, а на лице играла широкая улыбка, полная детской радости.

Я не понимала, откуда здесь мог взяться ребенок. Среди участников кайдана ее точно быть не могло, я ни разу не встречала там таких маленьких детей… настоящих. А потому сейчас меня ознобом пробрало дурное предчувствие. И оно набирало силу: несмотря на то, какой девочка казалась настоящей, она явно не была… живой.

Помимо того, что она выглядела пугающе бледной, все остальные цвета – платья, сандалий, бантиков на резинках – были потускневшими, почти лишившимися красок, как на очень старой фотографии.

Пару мгновений я рассматривала девочку, но, справившись с первым удивлением, поняла, что она стоит, слегка запрокинув голову, и улыбается… глядя на Сэнси.

Сэнси тоже смотрел на нее не отрываясь, и в его глазах плескался ужас, смешанный с болью. Девочка, перестав улыбаться, склонила голову к плечу и озадаченно взглянула на Сэнси, словно не понимая его реакции, после чего вновь улыбнулась и помахала, приветствуя его. Она быстро оглянулась и указала тонкой ручкой в сторону фонарей, после чего посмотрела на Сэнси и жестом позвала его за собой.

А потом побежала туда, куда до этого указала.

— Кэйко-тян… – выдохнул Сэнси.

В этот момент девочка, остановившись, обернулась, и ее мертвенно-бледное лицо осветила радость. Она закивала головой и, подпрыгнув на месте, вновь помахала рукой, зовя его за собой.

И он тут же поспешил следом.

— Сэтору! – воскликнула Каминари, схватив его за предплечье.

— Сэйери, это… моя дочь, – хрипло сказал Сэнси.

В моей голове вдруг мелькнула мысль, что я даже не знала их настоящих имен, никого из команды Торы, кроме Хираи, которого там называли Одзи, и Косукэ, которого называли Акагэ. Значит, настоящее имя Сэнси – Сэтору, а Каминари – Сэйери…

— Я должен идти. – Сэнси все так же смотрел только на девочку, нетерпеливо ждущую его метрах в десяти от нас, дальше от пруда и ближе к стене деревьев.

— А вдруг это ловушка! – заговорил Хираи, переводя взгляд с девочки на Сэнси и обратно.

Я думала точно так же, вспомнив, как Йоко видела якобы свою младшую сестру, а я – Киёси. Неужели эта маленькая девочка, Кэйко… она мертва? Дочь Сэнси…

Затопившее мое сердце сочувствие оказалось настолько сильным, что на несколько секунд полностью поглотило уже надежно поселившийся в нем страх.