Книга Человек из подвала, страница 16 – Джей Ди Уокер

— Что ты такое делаешь, Лен?

— Защищаю тебя от оборотней, – сказала Лен с противно набитым мягким бананом ртом.

И тут Ноэ вспомнила. Лунатизм. Подвал. Плоский монстр. Глаза её родителей. Она выпрыгнула из кровати, устроив извержение плюшевых шиншилл и ехидн, рыб-капель и какапо^[8], и бросилась поспешно одеваться.

— Куда ты идёшь? – спросила Лен.

— Не беспокойся об этом. Просто поиграй ещё со своими животными. – Ноэ схватила свой телефон, отметив, что было уже почти десять утра, и бросилась вниз.

Родители по локоть закопались в коробки. Она бросила им, что выходит на улицу и скоро вернется, а затем метнулась за стопку коробок и выскочила за дверь, прежде чем те успели ответить.

Температура меняла утреннюю прохладу на послеполуденную влажность. Трава была сухой, а голубое небо было таким пустым, что напоминало огромный зеркальный отражатель для концентрации солнечного тепла. Она попыталась вспомнить, в каких направлениях те чудные дети разошлись в тот первый день. Хоть бы одна из них. Но в памяти только смутно рисовалось, как они удаляются от дома.

Затем она вспомнила то шевеление за окном белого дома в конце тупика, когда она нашла бумажную куклу.

Она выписала по асфальту дугу и направилась туда. Дом стоял довольно изолированно в конце улицы, как будто никто не захотел строиться ни по одну сторону от него. С одной стороны от дома тонкая грунтовая дорожка разрезала пологий склон и исчезала за вершиной холма.

Издалека белый дом казался таким же, как и все остальные дома в квартале – старомодное воплощение Новой Англии. Но чем ближе она подходила, тем яснее понимала, насколько старым он выглядел, причём в дурном смысле этого слова. Он выглядел неухоженным. И даже заброшенным. Белая обшивка выцвела и потрескалась. Красная краска на двери и оконных ставнях пошла пятнами и облупилась. Трава на маленькой лужайке перед домом выглядела такой же дикой, как и в лесу вокруг. Почтового ящика она не увидела.

А что самое странное, кто-то нарисовал большую чёрную букву «Х» на грязно-белой обшивке рядом с красной входной дверью. Краска выглядела свежей и словно искрилась, как и буква «R» на вывеске «тупик» в противоположном конце квартала.

Буква «Х» напомнила Ноэ кое-что сказанное мамой, когда они однажды ходили в поход. Ноэ указала на группу деревьев с оранжевыми крестами, и мама сказала, что они намечены для вырубки. Когда Ноэ спросила, зачем понадобилось вырубать деревья, мама предположила, что они больны или заражены короедом и их нужно убрать, пока они не упали на туристов и не заразили окружающие деревья. В любом случае, они помечены, чтобы специалисты по вырубке леса точно знали, какие деревья нужно удалить, а какие оставить.

Ноэ уставилась на мерцающий чёрный крест и полуразрушенный дом, на котором он был намалёван. Дом действительно казался больным, и она не могла представить, кому захочется здесь жить. Впрочем, это ей и предстояло узнать.

Она пересекла лужайку и поднялась по растрескавшимся бетонным ступенькам к входной двери. Сбоку был дверной звонок, но, нажав несколько раз, она решила, что он не работает, и громко стукнула костяшками пальцев по дереву.

Никто не ответил. Она постучала ещё раз. Может, дом был заброшен. Но кто тогда смотрел на неё из окна? Она подняла глаза на окно и увидела, что оно зашторено.